Заложница своей воли

- Фолинтийцы… как они могли! – Грегор сидел прямо на ступенях, запустив пальцы в растрепавшиеся волосы. – Меня ведь предупреждали, что из замыслы нечисты и неугодны Создателю. Кардинал был прав.

Стражник потупил взгляд и, что-то на ходу бормоча, удалился. Вид растерянного величества был для него слишком.

- Грегор, почему ты так уверен? – но я-то ответ знала.

Противоречия меня саму рвали на части. Как же надоело это вранье и жизнь в страхе. Пусть все закончится. Хоть виселицей, хоть допросом инквизиции.

Не наказание ли это за мерзкие способности? Умея забирать чужую волю, стала заложницей своей.

– А что, если это обман?

Король поднял затуманенный взгляд на меня. Наверное, выгляжу сумасшедшей.

- Все вокруг лгут и плетут интриги, и ты не видишь. Грегор! Очнись, наконец, возьми власть в руки! Ты понимаешь, что сделал Август? К вечеру тут в каждом углу будет стоять человек в красных перчатках и следить. Любое неверное слово – и кто-то пострадает. Мы будем жить в страхе! Да мы уже в нем! Грегор, Август что-то задумал.

Король поднялся, сразу оказавшись значительно выше и взяв в руки мое лицо всмотрелся. Его глаза блестели и отдавали болезненной краснотой.

- Милая, не говори глупости. Ты напугана, но скоро все наладится. Тебе не причинят вреда, - он прижал к себе, поглаживая волосы и целуя висок едва заметным касанием.

- Хорошо, что ты со мной, Лия. Так волнуешься, подозреваешь любого, кто может мне навредить, - дышать сразу стало сложнее.

- Ты не понимаешь. Очнись, те, кто напали, это были не просто одаренные! Их сила была болью. Слышал, как кричали эти люди?

Король сощурил глаза, делая шаг от меня.

- Грегор, это были инквизиторы. А теперь Август официально введет их во дворец. Если у тебя и оставалась до этого власть, то ее больше нет.

- Замолчи! – бросил он гневно, зрачки расширились, сделав взгляд черным. - Будь разумной, Эмилия.

Грегор отвернулся от меня, отходя к окну, скрывшись за тяжелой гардиной. Я видела лишь его облокотившийся на прохладное стекло силуэт.

- Ваше величество, не стоит там стоять, - вмешался гвардеец, но король не реагировал.

Я села прямо на пол, наплевав на испорченное платье, и уронила голову на руки. Виски пульсировали, а сердце едва не выскакивало наружу.