Истинная с проклятием. Во власти искусителя

Может, неспроста он так смотрит на меня, и в его сердце все же есть чувства ко мне? Я должна ему сегодня все сказать.

Мы вышли из машины, и Нейт проводил меня до двери.

— Ладно, я уже пойду, — ответил он, намереваясь уходить.

— Нет, постой, — я схватила его за руку.

Казалось, он был вовсе не против моего прикосновения.

— Давай зайдем в дом, — предложила я. — Я ведь так и не сказала тебе то, что хотела. А на улице в таком виде стоять мне не очень хочется.

— Если ты так хочешь, то конечно, пойдем, — согласился он.

Зайдя в дом, я закрыла за Нейтом дверь и оказалась с ним лицом к лицу. В опасной близости, как и в прошлый раз.

— Нейт, послушай, — начала я, замявшись. — Я слишком долго молчала, но больше не могу. Ты прекрасный друг, лучше и не найти. Но ты для меня значишь гораздо больше, — я сделала паузу, набираясь смелости, а Нейтан терпеливо ждал продолжения. — Ты особенный. И очень нравишься мне, уже давно. И тот наш поцелуй… — я ненадолго потупила взгляд. — Я не могу его забыть. Не могу забыть тебя.

Сначала мне показалось, что он даже рад тому, что я говорю. Но в один миг он перевел с меня взгляд и поменялся в лице.

— Говоришь, что любишь? — Нейт отпрянул от меня подальше, а голос его стал ледяным, как северная ночь, глаза наполнились злостью.

Он отвернулся от меня и дернул дверную ручку.

— Ты для меня только друг, ни больше, ни меньше, — произнес он. — Но теперь… Теперь и дружбы у нас, очевидно, не выйдет. Прости, —сказал он из-за плеча, а затем вылетел пулей из дома.

Боже, нет!

Я скатилась вниз по стене и слезы потекли ручьём по пылающим щекам.

Чувство стыда и боли постепенно сменялось опустошенностью, словно из меня высасывали все жизненные силы, а душу рвали на куски.

Я была в полуобморочном истерическом состоянии. Слезы душили, не давая полноценно вздохнуть. В глазах начало темнеть, предвещая обморок.

Кое-как я добралась до дивана в гостиной и безжизненно упала на него.

Кажется, я отключилась. Не знаю, надолго ли. Но вдруг я громко вздохнула и открыла глаза. Не могла продышаться. Было чувство, будто я надолго задержала дыхание, или кто-то перекрыл мне воздух.

Сейчас же, кислород резко стал насыщать мои лёгкие до головокружения. Или вовсе не от кислорода кружиться голова?

Знакомый запах привел меня в чувства. Запах Шейна.