Мне нужно твое "да"

Девушка знала, графиня наблюдает за ней, поэтому, как бы ни было больно, нужно постараться скрыть хромоту. Зато можно сколько угодно корчить гримасы — капюшон надежно спрятал лицо от зевак. Стиснув зубы, Ефимия обставила все так, будто неудачно встала на подножку и подвернула голеностоп. Вроде, сыграла убедительно, Агнешка осталась довольна.

— Поживете пока в моем номере. Я найду сына и обо всем позабочусь, — наклонившись к самому ее уху, вкрадчиво шепнула графиня.

Невысказанный намек повис между слов.

Ефимия поспешила успокоить благодетельницу взглядом: договоренность остается в силе.

Предупредительные служащие гостиницы старательно отрабатывали свой хлеб, распахивали перед ними двери прежде, чем Агнешка успевала к ним подойти. Они с интересом посматривали на Ефимию, но вопросов не задавали.

Семейство Блеккуок занимало весь этаж, лучшие смежные номера, временно превратившиеся в огромные апартаменты. Ефимию устроили на условной половине Агнешки и сразу послали за доктором.

Тот успокоил пострадавшую, толком ничего не выписал, но запросил баснословную сумму за визит. Графиня, не торгуясь, отсчитала ассигнации и, выпроводив лекаря, взялась за гостью:

— Вас нужно переодеть. Нечего и думать, чтобы показаться сыну в подобном виде.

Ефимия сглотнула. Все так быстро, сразу… Сначала Агнешка, потом сам маршал — так официально называли доверенных лиц императора. В случае военных действий они занимались сбором и организацией боеспособности войск вверенного им графства.

— Не переживайте, милая, — Агнешка уловила нервозность подопечной и постаралась ее успокоить, — Идрис прост в обращении. А вот переодеть вас категорически нужно. Сейчас посмотрим, что у вас есть.

Показалось, или графиня не желала, чтобы сын узнал о дорожном происшествии? Слишком уж она суетилась.

Незамысловатый гардероб Ефимии подвергся безжалостной критике. Агнешке понравилось лишь «милое скромное домашнее платье», которое тетка надевала по праздникам.

Даже белый горошек на коричневом фоне признали слишком вульгарным и провинциальным.

— Придется всерьез заняться вашими нарядами, — качая головой, тяжко вздохнула графиня. — Все это не годится. Для сельской ярмарки — да, но для дворца недопустимо!

— Но у меня больше ничего нет, — растерянно развела руками Ефимия.

Она боялась подумать, во сколько обойдется приличное, по мнению графини, платье. Прихваченных из дома денег хватит только на оборки.