Чёрная жемчужина Аира

Вот и мадам Дюран всё утро долго и подробно расспрашивала его о медовом месяце, который он с женой провёл в Старом Свете, о планах по перестройке дома, о том, сколько детей они хотят, что казалось, будто Рене для неё больший сын, чем Эдгар. С того момента, как она узнала о женитьбе Рене, её мысли повернули в новое русло — а почему бы Эдгару снова не жениться и не осесть на плантации? И, надо сказать, она приложила массу усилий, оповестив всю округу о том, что её сын не прочь присмотреть невесту из дочерей местных плантаторов.

— Мама! С чего вообще ты это взяла? — Эдгар отодвинул тарелку.

Мадам Эветт сегодня была явно в ударе, и он понимал, что, взяв в союзники Рене, она не отстанет от него так просто.

— А с того, что ты уж что-то зачастил в поместье к Лаваль, — ответила Эветт, самолично разрезая пирог. — И ездил к ювелиру — я-то не слепая…

Ради мсье Обьера она сегодня достала тарелку лучшего фарфора с узором из незабудок и решила даже не доверять служанкам орудовать ножом на столь ценном предмете посуды.

— И поверь, я совсем не против прекрасных манер и голубых глаз старшенькой Флёр. Попробуйте пирог, Рене. Наоборот, я была бы очень рада, если бы мы, наконец, породнились с Лаваль. Семья у них достойная, и хозяйство крепкое. Можно было бы снести этот уродливый забор между нашими плантациями, и знаешь, если удлинить аллею…

— Довольно об этом, — Эдгар встал.

— Тебе почти тридцать лет, сынок! Поверь, я не бесчувственная, — Эветт отложила нож, — я понимаю, кого ты потерял.

Но ты не можешь скорбеть о них вечно и винить себя! Даже в Священной книге написано: всякой скорби своё время и место, а радости — своё, и за всякой скорбью приходит радость. И уж твоё время скорби затянулось, сынок! А я была бы совсем не против породниться с соседями, — Эветт чуть улыбнулась Рене, словно давая понять, что она с ним заодно.

— Спасибо, было вкусно, — произнёс Эдгар коротко, вышел из-за стола и спустился вниз с открытой веранды, чтобы избежать продолжения неприятного разговора.

— Ну вот скажите — разве я не права? — Эветт со вздохом отложила нож.

— Мадам Дюран, поверьте, я буду тоже только рад, если ваш сын женится и останется здесь! — Рене улыбнулся и отложил десертную ложку. — Прекрасный пирог! Благодарю за обед, мадам Дюран, всё было просто непревзойдённо вкусным, но меня ждут дома, а нам с Эдгаром нужно решить ещё кое-какие вопросы. Прошу меня извинить, и буду рад, если вы навестите нас как-нибудь на неделе.