Чёрная жемчужина Аира

Рынок рабов, Игорный дом и бордель! И всё это — на центральной улице! И впрямь — город греха!

Их коляска свернула на рю Виктуар, и кивнув на особняк с мраморными колоннами и садом, Аннет произнесла:

— Это «Белый пеликан» — самая большая бальная зала во всём Южном союзе. Даже в Реюньоне нет такой. Не знаю, как в Старом Свете, но здесь очень любят танцы.

Летиция уже успела заметить, что и на флаге Альбервилля тоже изображен пеликан, рядом с цветами франжипани. Да и когда они проезжали небольшой кусок набережной, выходившей на низкий берег Арбонны, эти самые птицы, совершенно не боясь людей, сидели на гранитных камнях вдоль всего берега.

Экипаж остановился перед большим особняком, и Летиция поняла, что они приехали. Дом Бернаров утопал в тени старых дубов, с ветвей которых, точно бахрома, свисали сизые нити ведьминых волос. Два этажа, персиковые стены и зелёные ставни, мраморные колонны украшали фасад, а подъездная аллея растянулась на полсотни туасов — дом выглядел очень респектабельно, как, впрочем, и всё, что было связано с дядей Готье.

— Странно, что ты не взяла с собой служанку, — как будто невзначай обронила Аннет, но было понятно, что это всего лишь такой способ провести между ними черту различий — они хоть и родственники, но именно деньги определяют здесь настоящий статус.

— К сожалению, она слегла с горячкой, — быстро нашлась Летиция, — но не думаю, что в этом городе такая уж проблема нанять служанку.

Унижаться перед богатой родственницей она не собиралась.

— Я пришлю тебе Люсиль, — ответила Аннет, войдя в тень густых деревьев и складывая зонтик, — она, правда, топает, как лошадь, но умеет делать всё. Да смотри, не давай ей лодырничать — она любит поспать, пока никто не видит, так что заставляй её что-нибудь делать к сроку, всё равно что, — добавила кузина назидательно, — у ньоры руки всегда должны быть заняты работой. Полагаю, тебе нужно отдохнуть с дороги. Ужин у нас в семь.

Слова Аннет оставили у Летиции неприятный осадок в душе.

Кузина раздала задания слугам, велела отнести вещи гостьи в её комнату, представила Люсиль — толстую ньору лет сорока в крахмальном переднике и зеленом тийоне, и с чувством выполненного долга удалилась.