Чёрная жемчужина Аира

Аннет выбралась из каморки, тихо вошла в кабинет — на столе лежала деревянная коробка с бутылкой бурбона, которую приготовил отец для подарка Дюранам. Аннет знала эту бутылку — отец хранил её для особых случаев и раньше держал за стеклом в буфете.

Она открыла коробку, провела пальцами по пузатому боку, по горлышку, добралась до пробки — та была залита зелёным воском.

У Ноэль найдётся такой воск.

Аннет, прихватив с собой бутылку, бесшумно поднялась в спальню и открыла сумочку, в которой прятала свои покупки, сделанные в лавке мадам Лафайетт.

Ты сама напросилась, Летиция! Вот пусть Дюраны всей семьёй тебя и ненавидят! Надеюсь, они разорвут тебя на части, как аллигаторы!

Она ножом для фруктов безжалостно содрала воск и вытащила плотно сидящую пробку — откуда только силы взялись?! Отлила немного бурбона в стакан, а взамен долила зелье из нужной бутылочки, оставив ещё немного и для Филиппа.

Пусть её брат тоже ненавидит эту дрянь, пусть никто на аукционе ни даст и луи за её маску! Пусть стоит там одна в своём мерзком жёлтом платье! И пусть Филипп будет всеми силами против женитьбы на ней, что бы там ни говорила мама!

Аннет посмотрела на оставшиеся две бутылочки и прищурилась.

Отец сказал, завтра приедет мсье Жильбер? Поговорить об этой дряни? Отлично! Помнится, он любит лимонад…

Оставалась только одна бутылка — та, что обещала Летиции любовь. И Аннет всё никак не могла придумать кому же её подлить. Ненависть к кузине заставляла перебирать в уме самые мерзкие варианты, и в голову приходили то маклер из хлопковой биржи, толстый и вонючий, с большой коричневой бородавкой на носу и пятнами пота на рубашке, то длинный нескладный адвокат из конторы отца, с сальными волосами и язвой желудка.

Аннет спрятала бутылочку в сумку, решив, что не стоит торопиться, и завтра на балу она обязательно найдёт нужную кандидатуру. Она победно улыбнулась и, прихватив бурбон, отправилась к Ноэль.

***

Утром Аннет появилась на завтрак как ни в чём не бывало. И хотя сохранять невозмутимое лицо ей стоило всех душевных сил, но ненависть к подлой кузине питала её хладнокровие. За столом сегодня собралось всё семейство, и тон задавала мадам Селин.