На мягких лапах

Лео, и вправду, был красивым, ухоженным ирусаном с черной шелковистой шерстью, синими глазами и пышными усами. С интересом оглядев нас, он приветливо махнул хвостом. Я ответила тем же, а вот Икар хмуро отвернулся.

- Не будь маленьким котенком, - словно в шутку сказала я ему, но не ответить или хоть посмотреть на меня он не удосужился.

- С ним все в порядке? - проявил искрение беспокойство Лео.

- Гормоны кипят, вот и бесится, - вспомнилась мне фраза Ивильмиры.

Икар кинул на меня рассерженный взгляд и зло зарычал:

- Кто бы говорил.

Я вначале не поняла о чем он, а потом до меня дошло, что это намек на нашу первую встречу, когда у меня и впрямь вскипели гормоны. Раздраженно махнув на него хвостом, я хмуро сказала недоуменно следящим за ними Лео:

- Не обращай внимания.

Животные не оправдываются и, тем более, не требуют оправданий, поэтому черный ирусан кивнул, хотя его хвост раздраженно дергался, явно не радуясь такой недружелюбной компании в виде серо-дымчатого истеричного котенка.

Пока мы разговаривала между собой, монашка с караванщиком успели познакомиться, и он утащил девушку за свой стол знакомиться с остальными. Это оказались семь мужчин и три женщины, притом, по его словам, еще пятеро двуногих сейчас где-то бродили. В общем счете караван состоял из шестнадцати душ и половина из них, так же, как и Лида, присоединилась к каравану лишь из-за опасного "Вилского перевала".

Монашку люди встретили с распростертыми объятьями и тут же принялись узнавать, кто она и откуда.

Девушка в ответ наврала, что едет в гости к брату, а ирусанов ей дал в охранники отец-охотник, который не отправился с ней, потому что был в ссоре с сыном из-за того, что тот взял в жену не человека, а вампиршу. Двуногие ей посочувствовали и предложили выпить "за все хорошее". Девушка, было, начала отнекиваться, но попытка не принесла успеха, так же , как и на последующие следом тосты, а потом Лида вошла во вкус и сама уже провозглашала, за что нужно поднимать кружки с элем.

В конечно счете мне стало скучно наблюдать за веселящимися двуногими (Икар куда-то ушел сразу после "знакомства" с Лео) и я вышла из харчевни в прохладную, безразличную и спокойную ночь.

ДРУГИЕ плясали в льющемся из окон свете, и из-за звезд, казалось, доставали до самого неба. Присев возле порога, я с восхищением стала следить за кружащимися разноцветными огоньками, слушая веселый смех, льющийся из дверей харчевни.

На душе было неспокойно.