Женить вслепую

— Великобритания, — отозвалась Монти.

Кто бы сомневался? Она с первого взгляда мне напомнила чопорную англичанку. Даже вот и не знаю, радует меня полученная информация или нет?

Это только в кино и книжках герои тут же кидаются обниматься. Ударяются в воспоминания о своей прошлой жизни. Заливая всё это горячительным различной степени крепости. Или в случае американского кинематографа тетки любых возрастов устраивают пьяные пижамные вечеринки. Ничего подобного с нами не произошло. Факт озвучен. Принят к сведению. На этом всё.

Теперь пришёл мой черед делиться добытыми данными. Благо ей не пришлось объяснять что такое овуляция, когда она происходит и к чему приводит незащищённый секс в этот период. Хоть в чем проявился плюс нашего попаданства. Ну и как не странно теорию Флоренсии лиресса тоже сразу приняла как рабочий вариант.

— Дай-ка взглянуть на список.

Пришлось топать в гостиную где бросила сумочку.

— Вот, — я протянула лирессе исписанный аккуратным мелким почерком лист бумаги.

Женщина вчиталась. Перестав контролировать мимику нахмурилась. Прикусила губу. Как-то даже кончик носа почесала. Что же её так выбило из колеи? Там всего три имени.

— С маркизом она знакома не так уж давно, насколько мне известно. Хотя теперь я не уверена в качестве работы своих осведомителей. Судя по твоему рассказу встречались они не в тот интервал времени. Морьер отпадает. Остаются Кристоф и неведомый гвардеец. Первый мертв. Её счастье, если выдашь её хотя бы за гвардейца.

Вот только почему-то мне казалось думает сейчас она совсем не об этом. Не знаю как это объяснить, просто чувствую что это так.

— Что Райлону связывало с маркизом Дайреном?

— Они с Морьером дружны с детства. Ты часто оказывалась у них на поруках.

— Сколько лет королю?

— Тридцать три.

— А маркизу и графу?

Монти усмехнулась, но уточнять каких именно не стала.

— По тридцать одному. Почти ровесники с Его Величеством.

— А мне?

— Двадцать.

М-да уж, так себе романтика. Вряд ли мужчины знающие тебя буквально с пелёнок испытывают какие либо чувства кроме братских. Чего обо мне по отношению к ним не скажешь. А вот дядюшку жизнь явно потрепала. Мне казалось ему минимум лет сорок пять, если не все пятьдесят. Из-за жёсткости в выражении лица, непомерной усталости и мудрости во взгляде и глубины некоторых мимических морщин. Собственно я думала, что и сама чуток постарше.