Черная роза - шипы твоей души

Попрошу сильную часть удалиться, а мне наконец-то заняться пациенткой! В самом деле, Владыка, берите уже Неферти под ручку и за дверь. Я все сделаю как надо.

– Я дал обещание Лете… – попытался вставить лепту Хаш, но его вновь перебила Майя.

– Все будет хорошо. Просто покиньте комнату. Я не могу работать в таких условиях! Рождение нового хранителя — это таинство!

– Майя, пусть они останутся со мной, – прикоснувшись к ее ладони, мягко попросила я фейри. – Они будут молчать, обещаю. И не будут тебе мешать.

– Королева, вот опять вы из меня веревки вьете. Вот что с вами делать, а?

– Понять и уступить, – улыбаясь, сказала я, поморщив лицо от новой схватки.

В итоге моих близких оставили в покое. Неф так и остался у окна, а Хаш уселся в изголовье кровати. Но думаю, что вскоре они оба пожалели о своем желании остаться.

Это было самое ужасно время в моей жизни. Я не мог слышать ее голос полный боли и мук. Но и уйти не мог, ведь обещание, скрепленное с Хашем, заставляло меня стоять на месте.

Скрестив руки на груди, я вспоминал наш разговор, стараясь отвлечься от того гомона, что стоял в покоях королевы. Хаш попросил его подстраховать, когда родится хранитель. В конце концов брат ведь не железный и тоже умеет чувствовать, переживать, хоть никогда и не признается. Ведь это считается слабостью, которой не должно быть у Владыки екаев. Да и перед Ви он должен оставаться сильным и собранным. Поэтому я пообещал сопроводить его в морское княжество с младенцем.

Спустя несколько часов мук любимой, комнату наконец-то огласил плач новорожденного дитя. Майя приподняла ребенка над королевой и радостно объявила:

– Невероятно! Но у вас родилась девочка! Первая девочка хранитель в истории Аваланы! И она такая красавица.

Я видел на лице Леты слезы, но она молчала и лишь сжимала губы.

Запеленав младенца, Майя передала ребенка мне на руки. Ко мне тут же подошел Неферти и произнес, положив руку мне на плечо:

– Нам пора в морское княжество.

– Да. Пора.

Но несмотря на это, мы вместе с братом стояли на месте и смотрели на новорожденную малышку. Поначалу я не хотел видеть лица ребенка, но не удержался. Она и в правду была красивой и необычной.