О чём мечтают принцессы?

Оглядываясь по сторонам, короткими перебежками, я выбралась из крыла, где жили дети королевской семьи и их личная свита, и подошла к тяжелой двери в самую дальнюю дворцовую башню. В северной была библиотека, а в южной жил придворный астролог господин Сигвин. Мама прежде очень к нему прислушивалась, именно он подсказал по звездам, как им с отцом зачать наследника. Мне не положено пока знать о подобных вещах, но фрейлины бывают очень болтливыми. Брат уважал господина Сигвина, но в последнее время не относится к его словам достаточно серьезно, а Ирвин вообще не скрывает пренебрежения, ведь астролог – это не волшебник.

Мне нужен был его совет прямо сейчас, иначе не видать мне покоя.

Я скользнула за дверь и, подобрав подол, быстро взбежала по крутой винтовой лестнице. Кабинет астролога прятался под самой крышей. Большую часть стены занимало огромное окно с распахнутыми створками. Сквозь него было видно половину неба, и это не преувеличение.

Но сегодня меня привело в башню вполне конкретное желание.

– Предсказание? – удивился астролог и почесал короткую клинообразную бородку. – Видно, все очень серьезно, если ваше высочество не испугалось гулять в одиночестве по ночному дворцу. Так уж и быть, посмотрим, что сулят вам звезды в будущем.

Он подошел к окну и, покряхтев для важности, припал глазом к подзорной трубе. Долго смотрел на небо, потом отошел к заваленному бумагами столу и принялся размашисто чертить на чистом листе странную, только ему понятную схему из точек и линий. Я завороженно следила за его загадочными действиями. Вот господин Сигвин закончил и, оценив свое творения, принялся соединять точки между собой, пока чертеж не превратился в совершенно запутанный клубок жирных чернильных линий.

– Что ж, что ж, что ж, – пробормотал он, снова почесывая свою смешную бородку. – Созвездия этой ночью не очень разговорчивы, ваше высочество, и мне нужно еще кое-что уточнить.

Он подошел к трубе и еще раз взглянул на небо. Я начала нервничать. К тому же с улицы в комнату проникал холодный ночной воздух, и я тонкой сорочке успела изрядно продрогнуть. Не удивлюсь, если утром заложит нос, буду совсем не по-королевски гундосить и прикрываться кружевным платочком.