О чём мечтают принцессы?

Моя служанка заранее разузнала, в каком крыле и в какой комнате его разместили, так что проблем возникнуть не должно.

Стражу было видно издалека – они стояли в коридоре и совсем не выглядели случайными прохожими. Да и какие могут быть случайные прохожие в крыле для почетных гостей? Я вскинула голову, тряхнула кистями, сбрасывая неуместное волнение, и подошла к ним.

– Добрый вечер, – первой поприветствовала их и присела в реверансе. Но вместо того, чтобы склониться в ответном поклоне и расступиться, стражники только плотнее встали на моем пути.

– Приказ его высочества. Никого не впускать, никого не выпускать.

– Его высочества? – переспросила я. – Принц отдал такой приказ?

– Простите, ваше высочество, но посещение гостевого крыла временно невозможно.

Они отказали мне, принцессе! Я так привыкла, что мои слова воспринимаются как закон в пределах этого дворца, что совсем растерялась, когда этого не произошло.

– Вы меня не узнаете? Я младшая принцесса Флорентина и мне нужно пройти.

Лицо высокого седовласого стражника побледнело, но он лишь крепче стиснул древко алебарды.

– Боюсь, это невозможно. Еще раз простите нас, ваше высочество.

Я бросила тоскливый взгляд туда, где виднелась дверь в покои Адальбера. Мне нужно было лишь пять минут наедине с ним, чтобы успокоить, пообещать, что папа и брат во всем разберутся, но не силой же мне пробиваться сквозь кордон? Трэйси мог бы мне помочь, но хороша была бы младшая принцесса, нападающая на своих подданных с волшебным клинком.

Я вернулась к себе раньше, чем Трэйси добрался из кухни обратно, так что мой короткий побег остался незамеченным. Неудача расстроила меня, но не убавила решимости. После еды я под предлогом принятия ванны дождалась, пока станет тихо. Разумеется, я не собиралась сейчас купаться, не до того мне было. Трэйси жил в соседней комнате, чтобы быть всегда поблизости от хозяйки, между нами не было двери, так что приличия были соблюдены.

– Чего изволите, госпожа? – спросила она, неслышно появляясь из-за тяжелой бархатной портьеры, и ее платье, как и у всех дворцовых горничных, мгновенно приняло доминирующий в помещении цвет, став густо-бордовым. Я посмотрела на склонившую голову девушку, и план в моей голове из совершенно абсурдного становился все более реальным.