Пятьсот оттенков фэнтези

Может, они и ощутили толчки от возникновения скалы, и даже заметили разрушенные стены домов, но списали все это на взрыв газа, или какую-нибудь еще техногенную катастрофу. Техногенный мир – техногенное мышление! Главное, что никто из них не заметил эту скалу. Мерзкую скалу выросшую прямо на центральной площади. Скалу, светившуюся от избытка магии так, что полностью перебивало свет звезд. Скалу, которая казалась мертвой, невозможно было разглядеть ни одного дерева-человека, родственничка Нутия, но все они были там, прятались за выступами или где-то на узкой извилистой тропинке, ведущей к вершине.

Магического света, исходившего от скалы, хватало, чтобы разглядеть все наше войско. На площади уже собрались заносцы вместе с искусственно-модифицированными людьми Леонарда. Они построились в ровные шеренги и ждали приказа. Нашпигованные магией вместе с добавлением технических примочек этого мира, несколько сотен воинов, обладавших колоссальной энергией. Над ними летали деформированные летучие мыши.

Кикиморы, тролли, упыри и прочие магические элементы сбились в кучку, с недоверием поглядывая на стройные отряды. Один из упырей печально демонстрировал сломанный клык, поврежденный об доспехи воинов. Над этим скоплением летал оранжевый шар – Призрачный Глашатай.

Стоило нам только выйти из машины, как стройные ряды модифицированных людей, стали еще стройней. А возглавляющие их заносцы сделали какие-то пассы руками, то ли приветствие, то ли магия. Леонард лишь кивнул в ответ.

– Все в сборе! – провозгласил Призрачный Глашатай. – Время против нас. Ведьма против нас. Наша цель прорваться через ряды противника и добраться до ведьмы. Мы должны вернуть Сердце Мира.

Серафим выскочил вперед, оглядел собравшихся и ударил себя кулаком в грудь.

– Я должен произнести речь! – сказал он. – Всегда и везде главный герой произносит речь, которая призывает его войско к победе.

– Осмелюсь заметить, что вы не главный герой и у вас нет своего войска, – напомнил Леонард.

– Зато у меня есть готовая речь, – ответил Серафим.

– Пусть будет речь! – позволил оранжевый сгусток и замерцал, призывая к себе Леонарда.

Леонард отступил в сторону, а Призрачный Глашатай продолжал о чем-то настойчиво мерцать, передавая лишь Леонарду понятные сигналы.

Серафим развернулся к заносцам.

– В столь грозный час, когда…

– Эй, а ты чего это с нами не разговариваешь? – обиделся один из троллей.

– Тоже речь хотим, – поддержал его второй тролль.