Пятьсот оттенков фэнтези

– Добрый вечер!

– Премного рад гостям! – Жених склонил голову и обратился к Невесте. – Милая, ты слегка путаешь прошлое и настоящее. Теперь у нас другие развлечения. Мы же с тобой мечтали насладиться всеми красотами и таинствами загробной жизни. Мы мечтали окунуться в неведомый живым мир искаженного пространства.

Невеста капризно топнула, при этом полы ее призрачного халатика разлетелись, и стали видны идеальные ножки. Я вздохнула от зависти. Серафим вздохнул, заметив, как натянулась ткань на моей груди.

– Да, я захотела новых развлечений нашей загробной жизни. Но и они мне тоже недоступны! Мы вынуждены сидеть в этом отеле. Единственное, что остается, это воспоминания прошлого или мечты о будущем. Мы не можем перейти в другое состояние, пока не падет заклятье.

– Что за заклятье? – спросила я с видом знатока, хотя, признаюсь, в заклятьях я совсем не сильна. Так, однажды Агана пыталась научить меня их накладывать, но толку было немного, лишь один местный дурачок вдруг поумнел и пошел работать стражником.

– Послушай нашу историю, и ты все поймешь, – сказала Невеста. – В нашу брачную ночь я хотела предстать во всей красе. Я надела кружевное белье, черное с красными ленточками, на ножках были туфельки из последней коллекции. Но вдруг оказалось, что я забыла расческу. Я не могла быть совершенной, не приведя в порядок волосы. Я накинула халатик и выскочила в коридор и там я заметила его, моего мужа, он флиртовал с одной из горничных.

– Милая, я не флиртовал, а просил доставить шампанское в наш номер, я ведь уже объяснил тебе это, – тяжело вздохнул Жених, догадываюсь, что в первые пятьдесят лет после смерти, он только и делал, что доказывал свою невиновность.

– Но мне показалось, что ты флиртовал, и я поняла, что моя жизнь закончена. Я бросилась в номер, и вдруг мне попался на глаза пистолет мужа…

– И зачем только я тогда оставил его, – вздохнул Жених. – Полицейский не должен бросать оружие.

Призрак Жениха засветился зеленым цветом, цветом тоски. Он был так несчастен. Мне захотелось его утешить, сказать, что девушке в истерике нужен только повод. Ей точно так же могла попасться на глаза веревка, нож, окно десятого этажа. Но Серафим влез первым.

– Э, так получается, что ты сама застрелилась? Но во всех газетах писали, что это он убил тебя?!

Невеста всхлипнула, попыталась пустить еще одну слезу, но очевидно призрачные слезы временно иссякли.