Сердце Теры

К счастью, мы удачно расположились на вершине небольшого холма, с резким обрывом, зияющим с одной его стороны, и скользким крутым боком с другой, по которому мы с большим трудом на него забрались.

— Это варги — прошептала Алис. Волки, когда-то отмеченные тенью. Осторожнее, Антон.

Звери, почуяв добычу, с наступлением ночи стали пробовать добраться до нас. Алис несколько раз пыталась отогнать их огнем, но то ли они, как чёрные молнии, удачно отскакивали в сторону, то ли огонь их не брал. Было видно, что она уже порядком устала, подумал я, ощущая разрывающую боль в груди от количества забранной из источника силы.

Самый крупный из зверей осторожно полз по скользкому склону холма.

Сверкая разъяренными глазами, Алис стояла у края, пытаясь согнать его огнём, но ни единого всполоха пламени не сорвалось с её рук. Я чувствовал замершие пласты астрала, разлитые вокруг, мёртвую, ничейную магию. Казалось таким заманчивым попытаться подхватить её и использовать в бою, но астрал оставался безмолвным и мёртвым.

Странная чёрная тень скользила в астрале невдалеке, наблюдая, не вмешиваясь. Не почувствовав от неё исходящей опасности, я сосредоточился на звере. Он медленно прыгал, нацелившись на Алис, которая, уже как простой человек, пыталась в ужасе закрыться от зверя руками.

Варг прыгнул, вытянувшись в воздухе как огромная чёрная зубастая молния. Передо мной защита до этого всегда появлялась сама, спонтанно, я даже не знал точно, как в мелочах работает это моё умение. Я представил себе, как огромная черная сфера охватывает мою драконицу, воздух вокруг неё стал сгущаться, я чувствовал, что должен успеть. Сфера возникла мгновенно, острые когти ударили по ней и сорвались, а мерзкое чудовище перевернулось в воздухе, повернулось и переключилось на меня.

Потратив за весь вечер огромный запас своих сил, я просто не мог и не успевал укрыться от озлобленного монстра. Варг присел для следующего прыжка, я видел оскал его жёлтых зубов и пылающие ненавистью глаза. Вдруг я с ужасом увидел, что закрывающий Алис защитный купол пошёл белыми трещинами, из которых, казалось, сиял белый свет.