По приказу короля

Через несколько дней после пошива платьев, Арела достала из своей самой дальней шкатулки украшения. Когда-то заполненная доверху прекрасная шестиугольная шкатулка из ураба с инкрустацией, теперь показывала истинное положение семейства Легре.

Во-первых, инкрустации на ней давно не было. Все эти камни Арела продала примерно полтора года назад, чтобы семья могла спокойно пережить зиму. И теперь золотистый деревянный ящик сверкал пустотами, в которых некогда были бриллианты, изумруды и хризолиты.

Во-вторых, внутри она оказалась практически пустой.

Из украшений остался лишь ее свадебный комплект, подаренный отцом на семнадцатилетние. В котором, спустя лишь два месяца после праздника, Арела вышла замуж. И еще несколько матушкиных украшений. Ну и, конечно, треснутое сердце. Единственное украшение, подаренное покойным мужем.

Арела сохранила его как символ собственного взросления. Она выходила замуж за Гидеона преисполненная надежд и окрыленная первой, девичьей, любовью. Но Гидеон оказался скверным мужем, хоть и ухаживал красиво.

Тогда, пять лет назад, Харинхолл еще считался достойной фамильной землей, а Легре – уважаемым семейством. И это рубиновое сердце Гидеон подарил ей на помолвку как символ их вечной любви.

В первую годовщину их брака рубиновое сердце треснуло посередине. Тогда, после известий об очередной измене мужа и его еще большем карточном долге, Арела сорвала подвеску с шеи и швырнула ее прямо в стену.

С тех пор она лишь изредка доставала камень из шкатулки, чтобы полюбоваться узором из трещинок на свету. Рубин оказался таким же фальшивым*, как и любовь ее мужа к ней. И теперь сломанному украшению суждено пылиться в дальнем углу шкатулки до скончания времен.

Но Арела достала драгоценности вовсе не для того, чтобы предаться воспоминаниям. Она собиралась отдать свой свадебный комплект сестре.

Быстро взяв чудесную парюру и завернув ее в отрез бархата, Арела отправилась в в покои сестры, что находились по соседству.

Сегодня в комнатах Бретты царил идеальный порядок, а сама девушка чинно восседала на резной скамеечке у окна, вышивая шелковыми нитями сцену охоты.

- Тебе нравится? – она показала Ареле готовую на треть картину.