От жалости до любви

Кея сама почти боялась смотреть на себя. Она не спала уже несколько ночей, а стоило ей задремать хоть на минуту, как перед ней с маской гнева на красивом правильном лице появлялся Саймон. Он грозил ей пальцем во сне и уходил. И каждый раз она вскакивала в поту.

- Кея, я хочу поговорить с тобой.

Она взглянула на мужа. Он был серьёзен, как никогда. Взъерошенные обычно волосы, сейчас лежали ровно. Что ей делать? Сердце забилось, как у птички, пойманной в клетку. Рано или поздно, он всё равно начнёт этот разговор, и она вынуждена будет сказать ему всё, так какая разница когда? Но внутренний голос малодушно кричал: «Только не сейчас!» Она отвернулась от мужа, молча, надеясь, что он поймёт.

- Кея, что с тобой происходит? – Он подошёл ближе и встал за спиной. Она чувствовала его дыхание. Когда же эта мука кончится?! – Может быть, я не имею права спрашивать, но всё же… Что тебя мучает?

- Я не могу… - она повернулась к Грегору, и у неё перехватило дыхание. Он смотрел на неё, и такая любовь и жалость читалась во взгляде, что она готова была заплакать.

– Не сейчас, Грегор, пожалуйста! Я ещё не готова!

Она умоляюще смотрела на него, надеясь, что он поймёт. Правда, если он будет спрашивать дальше и таким нежным голосом, она просто не выдержит и расскажет всё.

- Хорошо, - он улыбнулся и поправил очки. – Я завтра должен уехать на два дня. Встреча профессоров со всей Аррании. Но потом я вернусь и приглашу тебя в библиотеку. Может быть, тогда ты расскажешь мне, что так тревожит тебя.

- Да, конечно, давай, - Кея даже смогла искренне улыбнуться, искренне радуясь отсрочке. У неё есть ещё два дня. Два дня метаний и мучений. А потом Грегор прекратит их одним своим вопросом. И она не устоит, она расскажет ему всё, как другу. И попросит прощения. А потом они вместе найдут выход. Обязательно.

***

Утро выдалось неожиданно холодным. Подморозило. Снег, нападавший за ночь, покрылся тонкой корочкой льда. Грегор встал рано.

До Ирстауна – соседнего городка - было несколько часов езды, а по такой дороге и того больше. Была бы его воля – он бы не поехал, но, увы, как профессор он просто обязан присутствовать. Он вздохнул. Опять слушать насмешки и перешёптывания за спиной, словно не профессора собрались на встречу, а девицы, которым кроме как сплетничать – больше делать нечего. Ладно. Ему главное просто присутствовать. Никто ведь не заставит его общаться и быть любезным.