Да здравствует королева

Зачем ему жена похожая на шар?

– Значит, у тебя есть стимул, – улыбнулась Эмилия, вонзая свои зубки в первую булочку.

Филипп спешился и, шатаясь, поднялся на крыльцо. Мальчишка с конюшни уже увел его скакуна расседлывать и кормить. Кивком головы граф отпустил сопровождавшего его охранника и вошел в дом. Вот зачем надо было навязывать ему этого парнишку, он и так прекрасно добрался. Споткнувшись о край ковра, мужчина чуть не растянулся на полу, а может и растянулся, если бы не подоспел дворецкий. Качая головой, тот помог своему хозяину подняться в комнату и раздеться.

А может, и не зря заставила – граф растянулся поперек постели, вспоминая их с Эми перепалку.

– Не нужен мне никакой сопровождающий, – мужчина только что ногой не топнул.

– Я настаиваю, – жесткий властный голос хрупкой девушки резанул слух. – Время позднее, а вы граф не настолько трезвы, чтобы у моих рьяных подданных не возникло желания облегчить мне жизнь. А мне бы не хотелось, чтобы утром ваше тело выловили из реки. Ищи потом того пьяного дурака, которому это в голову пришло.

Девушка резко развернулась и отошла, лишив его возможности продолжить этот спор. Умный конь привык доносить своего хозяина до дома или до казармы, в зависимости от того, в какой конюшне ему предстояло обитать, а если хозяин не мог самостоятельно спешиться, то еще и позвать слуг громкий ржанием. Собственно, Филипп обучал животное не для того, чтобы потом напиваться в тавернах и кабаках – мало ли что может произойти на границе. Пустяковая на первый взгляд рана может оказаться намного опаснее, приводя к потере сознания.

А ведь пару раз его сопровождающий опускал руку на меч, вспомнил граф. Значит, опасность была, только сам он предпочитал не обращать на нее внимания. Надеялся, что побоятся тронуть, вспомнив, что за ним стоит гвардия и приграничные части. Все-таки зря он позволил себе лишнего. И, не вынуди его эта девчонка возвращаться с охраной, как пить дать плыло бы его бесчувственное тело в неизвестном направлении, являя собой деликатес для рыбы.

Но иначе он не мог. Потому что перед глазами вставали совсем другие картины.

В первый раз Филипп оказался на границе в шестнадцать лет. Тогда еще о командовании полком речи не шло. Молодой граф, только покинувший стены дворянского корпуса, командовал небольшим отрядом. Хотя, тогда было несколько спокойнее. То ли сил в те годы было больше сосредоточено, то ли внимания армии уделяли больше, он по молодости не интересовался, а сейчас уже не разберешь.