Охота на королеву

- Ты считаешь, что ты имеешь право говорить со мной таким тоном? – Богиня рассматривала Верховную, как букашку.

- Она имеет право говорить с тобой, как ей вздумается, жена, - в круг заступил Темный Бог, одетый в темные одежды и длинный плащ. – Это мои жрицы, и они отмечают праздник осеннего равноденствия. Чего же ты здесь забыла?

Богиня с усмешкой рассматривала Бога.

- О, любезный Драйтен, - протянула она, - я оказалась здесь потому, что это маленькое существо решило вызвать меня, - и она завела за спину руку и вытащила из-за спины сверток с младенцем.

— Это создание где-то научилось способам призыва меня, и я оказалась внезапно над её кроваткой, в темной спальне. Сдается мне, - она окинула взглядом женщин в каменном круге, — это ребенок одной из вас. Как же может ребенок с такими ошеломительными силами иметь в матерях ведьму?

Верховная напряглась, и я поняла, кто этот ребёнок.

Этим ребёнком была я.

- Остановись, жена, - Бог поднял руку в предупреждающем жесте.

- Зачем мне останавливаться? – она улыбнулась, и извлекла из свертка ребёнка за ножку. - Я сейчас всё приведу в равновесие. У темной матери не может быть светлого ребенка, даже если эта мать изменила своей Богине.

Она занесла вторую руку над младенцем и погрузила её прямо в маленькую грудку. Ребёнок заплакал, а я вдруг ощутила, как мою грудь буквально разрывает на части.

Богиня вытащила руку из груди ребенка, вытягивая следом и нити светлой силы.

- Лови, еретичка, - она сошла с камня, подошла к Верховной и протянула ей тело ребенка. – Теперь всё на своих местах – темная ведьма и её ребёнок, у которого больше нет светлых сил. Тебе же, божок, я советую лучше обучить своих жриц поклонению. До встречи.

Богиня хлопнула в ладоши над головой и исчезла. А верховная с ужасом упала на колени, сжимая крохотное безжизненное тельце.

- Темный Бог! – взвыла она, поднимая голову вверх, туда, где в оцепенении стоял Бог. – Спаси моего ребёнка! Спаси мою дочь! Она не виновата в нашей ссоре с Богиней!

Бог медленно подошел к Верховной, склонился над ней, и положил ладонь на грудь ребенка.

И именно в этот момент боль в моей грудь потеплела и медленно растворилась.

- Не ты виновата в ссоре с Богиней, а её жизненные ценности.