Охота на королеву

На первом этаже их дома была лавка, в которой они торговали зельями да травами. На вывеске их лавки было написано «Зелья и травы», что, в общем-то, не противоречило законам империи.

Ведьмы сидели за прилавком и что-то горячо обсуждали, когда мы вошли. В лавке было пусто, несмотря на обеденное время.

- Гли! – воскликнула одна, завидев нас. – Мы такое узнали! – она выскочила из-за прилавка, схватила меня за руку, на ходу кивнув Луке, который улыбнулся в ответ, и затащила меня за прилавок. – Смотри!

Она указала мне на какой-то обрывок бумаги, который лежал перед ними на столике.

Я тоже посмотрела, но всё так же видела пустой обрывок бумаги.

- Что это? – уточнила я, разглядывая то так, то эдак.

- Ты что! Гли! Это же обрывок какого-то свитка! Наверняка очень важного! Мы нашли его в доме Верховной! Он был приколот тремя булавками к стене, возле входной двери!

Я взяла клочок бумаги в руки и повертела. Он был грязным, словно вырванным из середины, но пустым.

- Где булавки, ведьмы? – пророкотал Лука, напоминая о себе.

Ведьмы встрепенулись, Злата и Ведана столкнулись между собой, а Яна вытащила булавки из кармана своей длинной юбки.

- Вот, - протянула она их Луке, краснея и опуская глаза.

- Покажи, - попросила я его.

Он протянул раскрытую ладонь, и мы едва не стукнулись лбами друг с другом. Булавки как булавки.

- Смотри, - прошептал Лука. – Ты видишь? Они на концах тёмнее, чем основная часть.

Я пригляделась. Кончики булавок были темнее, но не ржавые, а будто в чём-то испачканы.

- Жжётся, - прокомментировала я. – Может, это яд?

Ведана приблизилась и предложила:

- Давайте проверим, - она взяла булавки и отошла за стойку. – Идите сюда.

Она бросила булавки в стеклянную колбу и достала проявляющее зелье.

Чем мне нравилось проявляющее зелье, так это тем, что оно раскрывало любое вещество, которое было в еде или напитках, которым было пропитана любая ткань, и даже такие вот предметы, типа иголок, которые содержали или были покрыты чем-то неизвестным или трудноопределимым на глаз.

Ведана капнула на иголки зельем, и как это обычно и бывало, сначала ничего не происходило, а потом темное, почти коричневое вещество начало краснеть, и постепенно несколько капель прозрачного зелья стали алыми.