Обсидиановые нити

Дамы стайками расселись у высоких окон: кто слушает придворного музыканта, кто обсуждает последние новости.

Дэниель вошел в зал и усмехнулся. Все было именно так, как он только что представил. Проходят годы, а по утрам в замке не меняется ничего. При его появлении разговоры смолкли, придворные склонялись в уважительном полупоклоне, когда он проходил мимо. Иерархия в Симфонии к тому времени не достигла еще уровня бесконечных церемоний и обоготворения сюзеренов. За правителями не ходили толпами придворные, а слуги не топились в покое помогая правителю подготовится к выходу в свет.

Люди непроизвольно переняли порядки и традиции симфов. Магистров не считали избранными на царство богами, только уважительно возводили в ранг старших и главных над всеми в домене, оставляя право на личную свободу.

Перед завтраком Дэниель решил распорядиться о новом гардеробе для появившейся в его жизни девушки. Его путь лежал к стайке щебечущих дам. В главной башне второй этаж был отведен для проживания женщин: дочерей и подруг жизни его лордов или приближенных советников, обычных девушек, которые явились в замок в надежде завоевать внимание магистра или положение при дворе.

Девушки следили за порядком и убранством замка, его личным гардеробом, руководили прислугой, занимались знахарством или вышивали гобелены и покрывала. Каждая получала задание по способностям.

Дэниель направился к своей фаворитке, Элизе, которая помимо прочего занималась одеждой. Ответив кивком на приветствие ее подруг, Дэниель ответил улыбкой на ее реверанс.

«Вроде бы по комплекции с принцессой схожи», — внимательно осмотрел он фигуру своей фаворитки.

В Симфонии не была принята церемония заключения брака. При взаимном притяжении пара просто начинала жить вместе, и такое положение вещей никого не смущало. Очень редко заключались магические браки: будущие супруги приносили клятвы верности на крови и одевали друг другу браслеты, которые в случае измены оставляли на запястье ожоги. Но на подобные ритуалы соглашались единицы.

Дэниель обратил внимание, что, задумавшись, продолжает пристально изучать фигуру Элизы, что уже вызывало смешки в стайке девушек и смущение фаворитки. Кашлянул, прочистив горло, и озвучил просьбу. По удивленному взгляду Элизы сообразил, что вряд ли стоило прилюдно требовать одолжить одно из многочисленных платьев и пару туфель, а так же зеркало и расческу. Выражение ее лица говорило о том, что в ближайшее время его наедине ожидает небольшой семейный скандал.