Король моих мыслей

Григорий не спешил начинать разговор, он шагал по дорожке, хмурясь и даже не глядя в мою сторону. Наконец, мне это надоело. Мы были уже достаточно далеко от учебного корпуса, и уходить дальше я не видела смысла.

– Григорий, о чём вы хотели со мной поговорить? – я остановилась, всем свои видом показывая, что не сделаю больше ни шагу, пока не узнаю, в чём дело. Григорий не обратил на мои слова и действия никакого внимания, он продолжал идти. Мои брови удивлённо поползли вверх. Что за странности? Уже на повороте дорожки, возле декоративных кустов, Григорий обернулся и задумчиво бросил через плечо:

– О Короле, конечно, – и пошёл дальше.

Сердце пропустило удар.

– О Короле? Что вы имеете в виду? Григорий?! – я была вынуждена догнать кадета. За поворотом тропинки его не было. Я в замешательстве принялась озираться, и тут мне в бок упёрлось что-то острое, кто-то грубо и очень крепко схватил меня за руку выше локтя, и полный яда голос прошипел:

– Один звук, одно лишнее движение, и ты труп.

Я кивнула.

– Умница.

Это не Григорий. Куда же делся кадет? И где Яков? Я, конечно, могу вырваться и убежать, спасибо урокам профессора Олрида и леди Виктории. Если смогу сбить напавшего с ног, это даст мне фору, и между вон теми кустами я должна успеть добежать до центральной дорожки. Три вдоха, чтобы мужчина посчитал меня не опасной и ослабил хватку, и у меня появится шанс.

– Держи её крепче, Лось, – в поле моего зрения появился Григорий, и с ним ещё один мужчина. За спиной зашуршали шаги.

Спешно опущенные щиты подтвердили, что вокруг меня сейчас четыре человека. Ох, от четверых мне не уйти! Где же Яков?

– Ждёшь своего охранника? – неприятно усмехнулся Григорий. Его взгляд горел торжеством. – Он не придёт. Правда, он забрал с собой двух моих людей, но от ножа со спины уклониться не успел. Никто бы не успел, – развёл руками кадет.

– Мы не твои люди, Крыс, – зло сплюнул невидимый мне четвёртый мужчина. Григорий его слова проигнорировал. Что делать?!

Мужчины не спешили убивать или уводить меня.

В мыслях всех четверых царило безмятежное спокойствие и мечты о горячем обеде. Снова щиты, и опять поставлены не Александром, а потому я через них не слышу! Мы продолжали стоять, укрытые от чужих взоров кустами и деревьями, локоть всё так же сжимали сильные пальцы, крепко, больно, до синяков, и в бок всё так же упиралось остриё, вероятно, кинжала. Мужчины чего-то или кого-то ждали, Григорий откровенно скучал.