Король моих мыслей

Он лучший помощник в ситуациях, когда нужно кого-либо скомпрометировать. Он же придворный охальник, охочий до юбок всех возрастов и любого положения. То, что малышка может услышать в его мыслях, ей не понравится. И о том, как на моё совершеннолетие Тимофей уговорил меня посетить публичный дом, и о его нынешних похождениях. Не стоит ей пока этого слышать. Шут моё недовольство его появлением проигнорировал. Так, очередную открывшую на меня брачную охоту леди он обезвредил в своей обычной манере и, вероятно, явился для получения оговоренной премии за подобную помощь.

Пока я искал повод и слова, чтобы выставить Тимофея, тот, к моему ужасу, заметил тихонько сидящую на диванчике мою птичку и повернулся к ней. В его мыслях тут же мелькнуло желание попробовать её поцелуй на вкус и полюбоваться на стройные ножки без вороха юбок. На глаза упала красная пелена.

Грохот и испуганный вздох моей малышки. Тимофей с растерянным видом раскинулся на полу, мысленно интересуясь, какая бешеная блоха меня укусила, но, к счастью, не пытается встать. Если бы он хоть пошевелился – я не смог бы сдержать ярость. Вдох. Медленный выдох. Я не могу его убить за одни только мысли. За моей спиной моя птичка, она не простит, если на её глазах я кого-нибудь покалечу. Тимофей замер, увидев что-то в моих глазах. Пожалуй, стоит сказать, за что он пострадал.

– Хоть жестом, хоть словом, хоть взглядом, хоть отголоском мысли ты позволишь себе хоть что-то в отношении этой леди, и я не стану сдерживаться.

Кажется, он поверил. Очень надеюсь, что больше он к ней не приблизится и на пушечный выстрел.

А душа моя? Я её сильно напугал? Ох, боги! Она, добрейшее создание, боится не моих порывов, а того, что из-за неё мой гнев может быть направлен на невинных, в её понятии, людей. Я задохнулся от нежности. Обнять бы её, прижать к себе и не отпускать, беречь от любых невзгод, но нельзя.

Леди Валерия, Ляля, появилась как нельзя вовремя. Бросила на меня вопросительный взгляд и, когда я незаметно кивнул ей в ответ, увела мою малышку. Хорошо. Теперь шут.

Я медленно вернулся за стол, положил руки перед собой, тяжело посмотрел на Тимофея.

– Можешь встать. Медленно, без лишних движений.