Король моих мыслей

Интересно, зачем?

Конечно, я наслышана об Институте. Есть Мужской Кадетский Институт, и его выпускники традиционно становятся министрами, послами, ректорами учебных заведений. Ведь воспитание нового поколения – одна из важнейших задач, от этого зависит благополучие и стабильность государства в будущем, а так же лояльность народа к Королю.

Выпускниц Женского Королевского Института ожидают должности придворных фрейлин, учителей и ректоров, работниц канцелярии. Они становятся жёнами и сопровождающими в свите послов, смотрителями Королевской библиотеки, которая хранит в себе множество тайн, недоступных простым людям.

Вот только в моей Академии принято свысока смотреть на воспитанников Королевских Институтов. Туда попадают «по милости Короля», и часто среди учеников встречаются представители разорившихся дворян и угасающих родов. А это совсем не то, что высшая аристократия в самом рассвете их могущества. За что меня туда ссылают?

Утром, еще затемно, за мной пришла сама леди Розетта. Одна из служанок принесла поднос с завтраком и тут же ушла обратно на кухню, чистить овощи.

Леди ректор смотрела, как я одеваюсь в дорогу. Сумки были собраны давно, ещё до бала. Боги, это случилось только вчера, но кажется, что прошла целая жизнь!

Я старалась делать вид, что не слышу мыслей женщины, но было сложно. Я не оставляла надежду, что мои нежданные способности, – явление временное, как простуда. Очевидно, что в их появлении как-то замешан Король, но идти к нему с вопросами я не собиралась.

Карета с эмблемой Королевских Конюшен, услугами которых пользуется Академия, уже стояла у крыльца, и грузный кучер вяло смотрел по сторонам, вспоминая сытный завтрак. Служанка несла мои сумки, их было совсем немного. Ученицам полагается форма, выдаваемая учебным заведением, даже в город выходить положено в ней, и поэтому одежды было мало, в основном личные вещи. Вспомнились слухи о том, что воспитанниц Института совсем не выпускают за пределы территории корпусов.

Я быстро забралась внутрь кареты, стремясь остаться в одиночестве, но мысли окружающих не исчезли. Напротив, за то время, пока мы проезжали город, я против воли подслушала спешащих на рынок торговок, едва выскочившего из-под копыт пьяницу, жрицу дома терпимости, бредущую домой, мальчишку-сироту, лавочников, многодетную мать, воришку, прислугу, молодого парня после бурной ночи...