Поцелуй тёмного принца

Эстер, шатаясь, встала на колени, затем медленно поднялась, а я только обратила внимание, что дверь тюрьмы оказалась открытой. Неосознанно я рванула к ней, но желаемая свобода оказалась призрачной, за дверью стояли два вампира в военной форме. Хмурые, с жестким взглядом красных глаз, мужчины усмехнулись, открыв острые клыки. Страшно было до жути, но внутри по крови уже бежал адреналин, а кровь Эстер придала сил. Эх, если бы не проклятая фасция, давно бы уже сбежала к морю!

Воспоминания о Рее так не вовремя всплыли из памяти.

– Спокойно, чистокровная, мы своих не трогаем, – произнес тот, что повыше, и заглянул в мою тюрьму, где Эстер пыталась прийти в себя.

Ее светлое платье было окрашено кровью.

– Жива? Ты проспорил, Чад.

– Не может быть, голодные молодняки, как правило, не умеют останавливаться, – недовольным голосом пробормотал Чад.

Он бесцеремонно отодвинул меня в сторону и удивленно протянул:

– Надо же, жива-а-а.

Эстер, слегка пошатываясь, пошла к двери, полные губы недовольно сжаты, а зеленые глаза злобно прищурились. Но ни единого протеста не было произнесено обращенной. Теперь и я понимала, что вампиршу прислали накормить чистокровную, а если выживет, значит, повезло.

Чад приблизился к Эстер и, грубо взяв за локоть, притянул к себе:

– А я надеялся повеселиться, повезло же тебе, Сирил.

Вампир вместе с обращенной растворились в воздухе.

– Нам тоже пора, чистокровная. Джозеф не любит ждать.

В отличие от Чада, Сирил протянул мне руку, терпеливо ожидая, когда прикоснусь к нему, но я показала на брильянтовый ошейник.

– Фасцию снимет только глава клана, я не смогу этого сделать, – пожал плечами мужчина.

Едва я дотронулась пальцами до его ладони, как крепкая рука обхватила меня за талию, и Сирил переместил нас в огромный тронный зал, полный вампиров.

Впервые я видела столько чистокровных: красивых молодых женщин и мужчин, словно сейчас проходил конкурс красоты. Одежда на вампирах была разная, от длинных платьев с корсетами до джинсов и кожаных курток. Единственное оставалось неизменным – цвета. Черный и все оттенки красного, светлых тонов практически не было, и я ярким пятном выделялась среди них в мятом, залитом кровью изумрудном платье.