Под кожей. Книга первая

То, что она увидела, очень не понравилось ей, хоть и виду она не подала.

– Ах, это, – пожала плечами чародейка. – Так, попала в одну неприятную переделку, подумаешь. Такое бывает, если ты родился с магическими способностями, тебе ли не знать.

– Я тебе не верю, ведьма, – Воронир пригвоздил её взглядом к полу. – Ни одному твоему слову. Сторонишься всех, кроме хозяина поместья. Ластишься к нему, словно кошка, улыбаешься, – его голос был такой сладкий и бархатистый, что у Ингрид невольно мурашки по коже побежали.

Мужчина наклонился и подцепил прядь волос чародейки, пропуская её между своими длинными тонкими пальцами. – Думаешь, я не вижу, как он меняется, когда ты рядом? Думаешь, что если греешь ему постель по ночам, то он разрешит тебе работать на него? Хочешь подсидеть меня, ведьма?

Ингрид содрогнулась от неприятной близости эльфа. Отодвинулась, почувствовав его дыхание на своих ресницах.

– Убери руки, Воронир, – спокойно ответила она. – Кто согревает постель твоего хозяина по ночам, не твоё собачье дело, – на слове «хозяин» Ингрид специально сделала акцент, чтобы разозлить чародея.

Ей стало интересно, насколько далеко он готов зайти.

– Значит, всё-таки спите, – ликующе нагнулся к ней Воронир, оскалившись – Он мне не хозяин, призрак. И никогда им не будем.

«Какая красота, – подумала Ингрид с жалостью, рассматривая мага, – И пропадает зря». Но в слух сказала:

– Я обязательно передам ему твои слова.

Мужчина поддался ещё ближе, и Ингрид упёрлась спиной в стол, свалив несколько бутылочек.

– Сделаешь ещё шаг, и пожалеешь, Воронир.

Он оценивающе пробежался взглядом по её телу, облачённому в эльфийское платье.

– Заколдуешь меня, ведьма? Или прирежешь? Вряд ли в кармане у тебя завалялся клинок.

Ингрид изо всех сил вжалась пальцами в столешницу, испытывая огромный соблазн дотронуться до Воронира и костеря себя за то, что оставила кинжал в своей комнате. Всего одно касание. Одно движение рукой, чтобы лишить его воздуха и заставить страдать, корчится в дикой агонии на полу и раздирать себе глотку собственными руками.

«Нельзя».

«Ты потеряла бдительность. Всего пару дней в тепле и роскоши, и сразу размякла, растаяла, как кусок сливочного масла под палящим солнцем».

– Боишься, Воронир? Я ведь и укусить могу, – прошептала она, сдерживая застилающую глаза ярость.

Мужчина ухмыльнулся, облизнув тонкие красивые губы:

– Я не против, если это будет в порыве страсти.

Она ожидала драки, но никак не этого.