Дочь Деметры

Отпечатков нет, биологических следов нет, ничего нет…

– Какой ужас, – пробормотала Кора.

– Тебе не стоит беспокоиться насчет маньяка, – сказал штурман, пристально разглядывая ее лицо. – Все семнадцать – мужчины.

Он откинул простынь в сторону, и Кора прижала ладонь к губам, чтобы не закричать (и не оставить свой завтрак на полу у Таната).

– Не отворачивайся. Вот так же, или примерно так же, с поправками на причину смерти, будешь выглядеть ты, если тебя найдут через три дня после смерти.

Так что, не лучше ли спокойно прожить свою жизнь, сколько там тебе отпущено, и с достоинством принять то, что случится потом, не важно, будет ли это кремация или переработка в раствор?

Кора сдавленно пискнула, стараясь не смотреть на распростертое на столе отвратительное тело с вытаращенным языком и почерневшим лицом.

Она не могла не смотреть.

– Ты достаточно прониклась или хочешь посмотреть остальные? – уточнил Аид, снова накрывая тело простыней.

– Тут разные есть.

– Н-нет, – пробормотала Кора, моргая, чтобы прогнать стоящее перед глазами изображение висельника (ну уж нет, ей точно не хочется превратиться во что-то подобное). – Я… уже не хочу, правда. Кто… кем нужно быть, чтобы… – она не смогла договорить, ее трясло.

– Мы не знаем, – пожал плечами штурман. – Над этим делом уже полгода работают лучшие ищейки Гермеса, но пока… как видишь. Ну ладно, – сказал он чуть мягче, – пойдем, ты дрожишь.

Спасибо, Танат.

– Можешь засунуть свое «спасибо»… – огрызнулся Танат, закрывая дверь в холодильный цех. – Еще бы она не дрожала, такой день, и тут ты со своими методиками…

– Все в порядке, – кое-как выговорила Кора. – Я действительно… задумалась об этом на пару минут. Но теперь убедилась, что не хочу становиться трупом на вашем столе.

Танат посмотрел на нее и покачал головой; девушка заставила себя улыбнуться, и он мрачно сказал, что ей стоит не думать о смерти, маньяках и трупах, а радоваться тому времени, которое ей отпущено.

Кора могла сказать, что отпущено-то ей совсем немного, особенно в масштабе Таната и Аида, но привычно промолчала.

На пути к лифту она мимолетно подумала о том, как здорово было бы стать пеплом, минуя стадию трупа, но эта мысль как-то не задержалась у нее в голове – как, впрочем, и мысль о долге (который у нее таки был – как минимум до первого дня зимы).