Мой новый твой мир

Четкий профиль, пепельно-белые волосы, длинной челкой падающие на глаза, поза с совершенно ровной спиной. Почему-то в голове всплыла брошенная Нель фраза: «Но я видела его сегодня. Этого твоего Роутека! Вот это, оказывается, мужик! Всем мужикам мужик!»

Я резко отвернулась, боясь, что он может заметить мой взгляд.

— Я дал вам возможность смириться, Кира. Смириться с выбором, и вы меня не разочаровали.

— Что? — я нахмурилась, так как не поняла его слов. — В каком смысле?

Каждый наш новый диалог становился все более запутанным и непонятным.

Какие-то странные намеки, полутона, откровенные фразы прямо в лоб…

— Мне нравится, что вы не закатили истерику и не побежали к вашему папочке, а отправились в библиотеку. Заметьте, вы, Кира, единственная, кто сделал это. Остальные пришли на занятие неподготовленные.

Он замолчал, а я снова задумалась и поняла, Роутек прав — я единственная, кто притащил на первое занятие учебник и конспект. Заучка…

— И мне это нравится, Кира, — прозвучало над самым ухом, и я чуть не взвизгнула, испугавшись.

Сердце забилось быстро и громко, норовя выпрыгнуть из горла. — Идите.

Я рванула вон из кабинета, напуганная собственной реакцией и еще ужасно смущенная.

Глава 19

К родителям я так и не съездила, элементарно не проснувшись по будильнику в нужное время. А когда, наконец, распахнула глаза — солнце стояло уже высоко, и я бы только зря время потеряла. Поэтому решила отложить это дело еще на неделю, а там, я была уверена, уж как-то смогу договориться по новой с преподавателем и выцыганить еще денек.

В конце концов, если не получится, позвоню Маркусу и попрошу помощи. Наверное.

Новые занятия поглощали все то время, что не было занято так называемой практикой. Мы узнавали невероятно много нового о теории материи, о пространстве, его глубине и зыбкости. Но это не давало ответа на один очень важный для меня вопрос — зачем мы здесь? Зачем тут я?

В отличие от остальных ребят, в чьих жилах текла благословенная, хотя сами они называли ее проклятой, кровь, а их ближайшие родственники или родители являлись экстренсами, я казалась сама себе совершенно чужой в этом месте.

Неправильной и ненужной, только сделать ничего не могла, ведь моим единственным выходом было забрать документы и покинуть Академию. Но даже в этом мире это стало бы для меня фатальной ошибкой.

Когда начались практические занятия по изменению материи, у меня совершенно опустились руки.