Как я нашла Джинна

Но знала, что Джинна станут искать, и знала, что когда−то он окажется на берегу, где у него появится новый хозяин. И я решила разбить бутылку, как только она снова появится у меня. Я знаю, что он давно только об этом и мечтает... Потом ко мне приехали Джамила и Саша, ты знаешь их, Ульяна. И я, услышав их историю, сказала, где искать бутылку. Джамила обещала загадать два желания и привезти Джинна мне. Я не могла отказать, потому что Джамила хотела простого женского счастья... с помощью Джинна она мечтала изменить себя и Сашу внешне, чтобы никто больше не смог их найти, и исцелиться от бесплодия, она не может иметь детей.

.. Я не могла отказать..., − вдруг всхлипнула Айша. − Я ведь сама знаю, каково это. За силу надо платить, я плачу вечным одиночеством. Но я всё же надеюсь, что если я не буду использовать свою силу − когда−нибудь смогу стать счастливой... Я поклялась больше никогда не пользоваться этим проклятием, своей силой... Да, я помогаю людям, но только советами...

− Но ведь ты можешь один раз применить свою силу и вытащить его обратно! − перебила я.

− Ульяна, слишком много времени прошло, я не могу... Но я думала, что ты сможешь! Я следила за вами. Видела, как ты желала ему помочь, порадовать его. Сначала Джинн был тебе благодарен, а потом стал чувствовать. Но противился, запрещал себе думать о тебе. Он уверен, что не имеет на это право... ты заслужил, Джаффар. Но ничего не сработало, даже когда он хотел порадовать тебя без твоих приказов. Ты знаешь, как тяжело ему было отправить тебя к другому мужчине? Он сын Султана, только он имеет право на женщину, любую женщину! Его внутри раздирало, но он сделал так, как хочешь ты, Ульяна.

.. он думал, что ты действительно этого хочешь, выполнил твоё желание...

− И ничего не изменилось..., − прошептала я, чувствуя, как по щеке катится слеза. − Он до сих пор − раб бутылки.

− Ничего не изменилось, − эхом повторила Айша. − Даже сейчас, когда он привёл тебя ко мне, против своей воли. Он боится за тебя, хочет увести тебя подальше, но послушно стоит за дверью, потому что ты захотела со мной поговорить.

Останавливает его только крохотная надежда, что я помогу, но он считает меня мигерой, − усмехнулась она с грустью. − Но это и не удивительно.

Мой огонь надежды догорел, погас. Ничего не изменилось.

− Выхода нет..., − сухо произнесла я. Странно, думала, что впаду в истерику, а внутри апатия, пусто.

− В гневе я пожелала, чтобы он провёл в рабстве вечность, так и случилось, − еле слышно ответила Айша.