Простить себя

- Не надо… - прошептала она, - я прощаю, не убивай себя… не надо…

- Я себя не прощаю! Уйди! – заорал он тогда, кидая нож в стену, осязая каждой частичкой кожи, что призрак последней сожжённой им же ведьмы исчез. – Зачем? Зачем? Почему ты оказалась из них! Вы зло… зло…

Он тогда ещё долго разносил свою комнату в гостинице, куда поселился со своими «приспешниками». В голове у него то и дело возникал вопрос «почему?». Он поступил правильно! Он всегда поступал правильно! Тогда почему ему так плохо и тяжело?! А потом… он услышал, как наяву голос старухи-ведьмы, что когда-то молодые инквизиторы Арэн, Рик, Заэр, Альберт, Джер и он – Сэм, предали суду святой инквизиции:

«Каждый из вас найдёт свою ведьму!!!»

«И сожжёт!» - заорал тогда сам Сэм, смеясь и перекрикивая рёв пламени, но теперь ему было не до смеха.

- И сожжёт… - шептал он, сжавшись в угле собственной разгромлённой комнаты. Пророчество сбылось. Проклятие его настигло. Он поступил так, как его учили, не подвёл, поднёс факел, не пробрался в тюрьму, как Арэн, не сжалился, он… сжёг ведьму.

Лиена, так её звали. Она была красавицей, так приветливо улыбалась ему, когда он только приехал по делам инквизиции в её город. Он не знал… в тот день не знал! Конечно же на такую красавицу позарился один из местных вельмож. Девушка оказалась гордой, отказала в самой корректной форме, но отказала. Вельможа не простил. Решил сбить спесь с девчонки и вызвал их, инквизиторов, помощников его старого друга.

Лиена всё равно осталась на своём. Она смотрела на них всех своими чёрными глазами и молчала. Сколько же было сожжено таких же вот гордых девушек на этих кострах, горевших по всей стране? Почему он не смог сказать «нет»? Почему не помог сбежать?! Да, за ним следили! Но ведь мог!!!

Правильный. Потому что он правильный, всё делал всегда по уставу. Это он заметил, как Арэн выходит из гостиницы, потом сказал это всё на суде, на котором судили друга.

Его друга. Он предатель. И гореть ему с еретиками… Ведьма, старая ведьма была права….

- Извини, сейчас будет ещё немного больнее… - лекарь всё ещё колдовал над его спиной, прижигая, поливая раствором, а Сэму было плевать. На всё плевать. Лиена стояла перед его глазами, она гладила по его уже давно поседевшим, некогда чёрным прядям, сейчас свалявшихся, покрытых копотью и землёй. Седые волосы, хотя ему нет и тридцати ещё.