Невеста по проклятию

Когда еще можно почувствовать себя полноправными хозяевами залов, хорошенько размяться?

— Ты! — наконец сделал выбор Кир, ткнув тонким пальцем в деву в лиловом.

Ее история послужила бы основой для романа, только заканчивался он трагически — девушке отрубили голову. Государственная измена во все времена каралась одинаково. Однако расставаться с родственниками молодая женщина не пожелала и в виде призрака поселилась во дворце, нося голову под мышкой в качестве аксессуара.

— Мне нужно знать, о чем король станет говорить с герцогом Маза.

В силу профессии он чувствовал страхи разумной нежити, знал, самой большой мечтой леди Аделины была новая жизнь. До нее оставалось немного — каких-то три круга мироздания.

Дева в лиловом сделала подобие реверанса и благополучно просочилась сквозь нужную дверь. Кир мысленно выдохнул. Расчет оправдался: чары пропустили особу королевской крови. Мертвую или живую, тут уж неважно.

— Свободны! — взмахом руки отпустил он прочих духов.

Те пробовали возражать, но спираль заклинания уже завертела их в воздухе, возвращая к местам обитания.

— Хм, хм, хм! — снова повторил Кир и потер подбородок.

Чуткое ухо уловило приближение стражи, и некромант поспешил шагнуть в портал. Он еще вернется.

Арман между тем добрался до небольшой комнаты, украшенной шпалерами на тему соколиной охоты. Из мебели здесь были только два кресла и крохотный круглый столик. Уютно потрескивал камин. Приглушенные самым простым экраном отблески огня падали на волчью шкуру.

Король встретил гостя с кочергой в руке — он сам разжег пламя и теперь помешивал угли.

— А, Арман, садись! — приветствовал он герцога.

Судя по внешнему виду, монарх еще не ложился. Под глазами залегли лиловые тени, безжалостно подчеркнутые светом нового дня. Король не переоделся после праздника, только избавился от сюртука и шейного платка, расстегнул ворот рубашки с пышным жабо. Прямые, чуть вьющиеся на концах темные волосы заканчивались у линии подбородка.

Глаза цвета палой листвы ненадолго задержались на Армане. Тот принял предложение присесть и терпеливо ждал, когда Конрад продолжит.

— Тебя не было на балу…

Убрав кочергу, король устало опустился в свободное кресло и вытянул ноги.

— Придворные дамы совсем меня утомили! — пожаловался он.