Семя Зла

Виктор быстро отвернулся, крепко стиснув руки: из зеркала на противоположенной стене смотрело его отражение с небесно-голубыми глазами.

Девушка тем временем уже разложила перед Аннет фотографии домиков и подробную карту города.

Внезапный приступ злобы отступил, и Виктор почувствовал резкую боль, вдруг сковавшую все его существо. Он уже ощущал это. Он прикрыл глаза, надеясь, что никто не заметит его состояния.

Через несколько мгновений боль отпустила, и Виктор поднял глаза на девушку, по-деловому беседовавшую с Аннет.

— Виктор, смотри, мне нравится вот этот вариант. Есть все, что нам нужно, и подходящий для нас район, — осторожно обратилась к нему Аннет, тоже немного опасающаяся теперь реакции своего спутника.

— Это довольно тихий район, но отсюда вы легко доберетесь до всех важных объектов в городке, — девушка указала на карту.

Виктор внимательно рассмотрел карту и фотографии, потом задал еще несколько вопросов.

— Хорошо. Это то, что нам нужно. Тебя все устраивает, Аннет? — еще раз переспросил он.

Девушка кивнула.

— Тогда сейчас оформим договор, — сказала агент. — Завтра, когда вы приедете в город, вам останется подойти по этому адресу и получить ключи, предъявив квитанцию, — объясняла девушка. — Сейчас вы оплачиваете 70%, а там остальные 30%. Вы можете созвониться с местным консультантом, он все пояснит и учтет ваши дополнительные пожелания.

Девушка протянула Виктору карточку, быстро внесла в компьютер данные, распечатала бумаги, протянула их на подпись и принялась выписывать квитанцию.

— Ну вот, осталось произвести расчет. Надеюсь, вас все устроило, — робко проговорила она, еще помня угрозу молодого человека пожаловаться на ее нерасторопность.

— Спасибо. Вы нам очень помогли, — мягко и вежливо произнес Виктор.

Он достал бумажник и протянул девушке купюры.

— Я повел себя недопустимо. Мне очень жаль. Извините.

Девушка вспыхнула и невольно вздрогнула: теперь глаза молодого человека были темно-карего цвета.

Аннет предпочитала молчать, она помнила об этой злобе и уже не раз видела, как стремительно светлели глаза Виктора, его боль и беспомощность, настигающую позже.