Штрафбат

Следом от корабля отваливали другие боты нашего штрафбата. Укрытые защитным излучением от космической радиации, боты сияющими каплями помчались к поверхности Ракки. Красивое зрелище на экране обзорного монитора.

«Комод» напомнил всем:

- Наша цель – шахта 22.

Он вывел на экран фото шахты. Ничего особенного – серая башня, похожая на крепость на фоне рыжих грунтов. Командир добавил:

- Вот картинка в реальном времени от разведки.

Вокруг башни колыхалась зеленая масса.

«Комод» пояснил:

- Это местные. Их там тысячи.

- А что они делают? – влез я с вопросом.

- Башню ломают, – командир усмехнулся.

- А какое у них оружие? – снова спросил я.

- Клюв и когти, – ответил «комод».

На экране монитора появилась зеленая фигура четырёхлапого существа с птичьей головой, украшенной огромным загнутым клювом, и мощным хвостом. Его лапыукрашали кинжалообразные когти. Тело покрыто чешуйчатой костной бронёй.

- Вот так птичка, – удивился я.

- Скорее, дракон, – поправил командир. – В ближний бой не вступать.

- На крышу сесть не удастся, – сообщил первый пилот. – Площадка забаррикадирована: завалена мусором и камнями. Высадим вас напротив главных ворот, а вы с боем к ним прорвётесь.

Не скажу, что посадка на Ракку мягкая – всех тряхнуло так, что если бы не фиксаж по боевому расписанию, то случились бы травмы. Как только наша боеваямашина оказалась на поверхности планеты, десантный бот взлетел. От толпы у башни отделилась большая группа местных и помчалась к нам.

«Комод» скомандовал:

- Орудие, огонь по готовности.

- Есть! Огонь по готовности, – отозвался я и влупил в гущу нападавших. Врагов смело беспощадное пламя. Раненых добивали взмывшие в небо фабианцы. Еще одна толпа аборигенов кинулась нам навстречу и повторила судьбу первой группы.

- Тупые животные! – отчеканил наш командир. – Механик, вперёд!

Мы двинули по трупам к воротам башни, прожигая себе дорогу в зелёной шевелящейся массе.

Иногда особо шустрые зверики пробивались к глайдеру: царапали когтями, долбили клювом. Меткими выстрелами летающие фабианцы сбивали их с брони.

Наш сапер щедро осыпал зелёных противопехотными минами. Долбоклювы подрывались сотнями. Но даже лишённые конечностей и хвостов, пёрли на смерть – самоубийцы хреновы. На мой субъективный взгляд – это вовсе не боевая операция, а избиение младенцев, топтание муравейника, самый что ни на есть грёбаный геноцид.