Заветное желание

Затем возникли иные краски: черный для платья и конусообразной шляпы, рыжий — для копны длинных спутанных волос и ярко-зеленый — для светящихся сквозь черную проволоку глаз. Было трудно различить черты лица женщины, но можно с уверенностью сказать, что она одна из ведьм.

— Прия из рода Черной Лилии, полагаю? — спросила Мистрель у туманной фигуры.

— Угадала, — голос прозвучал будто издалека. — А с кем я имею честь говорить?

— Я Мистрель из рода Черной Лозы.

— Мы не знакомы, — кивнула туманная голова. — Что тебе от меня нужно?

— Я тут замуж недавно вышла, — начала издалека Мистрель.

Волшебный туман прояснился на несколько мгновений, открывая взору симпатичную молодую ведьму с забавной россыпью веснушек на носу и скулах.

— Сочувствую, а я тут причем?

— Понимаешь, мой муж — граф Дарагон да'Арийский. Знаешь такого?

— О… как тесен мир, — развела руками Прия.

— Так вот, — Мистрель замялась под пристальном взглядом, что изучал ее из-за туманной завесы. — Я хотела узнать, как можно снять проклятье.

Прия покачала головой. Всегда так. Ведьмы не могут общаться друг с другом без угроз.

— К чему все эти слова? Ведьмы должны помогать друг другу. И да, ты меня не найдешь, — все же не удержалась Прия. — Не твой уровень.

— У меня есть связи в ведьминском ковене. Помогут.

— У всех ведьм там связи. Будем мериться родами?

Мистрель почесала кончик носа. Раньше спорить и уговаривать других ведьм, кроме матери и сестер, ей не приходилось.

— Ты права, глупо выходит. Поможешь с проклятьем по доброте душевной?

— Может, и помогу, но зачем? Верный муж — залог счастья в семье.

— Верный, а не немощный.

— Это детали. Усладу для тела можно найти на стороне. А граф — отличный источник средств и связей.

— Это будет несправедливо. К тому же Дарагон не последний колдун, он может случайно превратить любовника в пепел.

— Верно, он на это способен.

В квартире воцарилось неловкое молчание, лишь скрип входной двери, тревожимой сквозняком, изредка прерывал его.

— Зачем он тебе? — первой нарушила тишину Прия. — Ты случайно не влюбилась? Хотя нет, тогда проклятье спало бы само.

Мистрель пожала плечами. То, что она испытывала к Дарагону, действительно сложно назвать большой и светлой любовью, но мужчина ей определенно нравился. Ведьма даже была не против попробовать с ним нечто большее, чем то, что предусматривала их магическая сделка.

— Я не невинна.