Снегурочка

Но больше всего меня поразили его глаза: полностью белые и светящиеся. Будто внутри неоновая лампочка включена.

На пожилого мужчину незнакомец не тянул, пусть и имел седую бороду, но рисковать не стала и выдохнула:

– Дедушка, нельзя же так пугать, – пульс все еще скакал, но уже не как заполошный.

– Дедушка? Какой я тебе дедушка! – вдруг взвился странный мужичок угрожающе сделав ко мне шаг, заставив меня отступить назад. – Морозко, я! Морозко! – а затем вдруг остановился склонив голову набок: – Ох ты ж, кто же так тебя искусно вылепил? Не отвечай.

Снегурочка? Морозко? Куда меня занесло? Но вместо этого, поинтересовалась другим:

– И куда мне можно, раз к людям нельзя?

– В школу Высшего Волшебства имени Кощея.

– Не понимаю, – мозг силился обработать слова Морозко и уложить в понятливые фразы, но внутри бушевала мешанина чувств.

– Да что ж не понятного-то? Учиться тебе надобно, чтоб силой внутренней управлять. Чтоб от лихих людей смогла защититься, чтобы другим, кто заслуживает, пользу приносить.

Не дожидаясь моих очередных вопросов, Морозко замахнулся молотом и треснул им оземь. Земля под ногами дрогнула и я с мужичком, больше похожего на гнома, чем на дедушку из детских сказок, оказалась на большущей снежинке. Она сверкала и искрилась. Но когда она стала подниматься в воздух, я взвизгнула и упала на колени.

– Держись крепче, Снегурочка, полет будет быстрым, – посоветовал Морозко.

Держаться?! За что?! Хотела бы я крепко выругаться, да от страха высоты скрутило живот, а в горле встал спазм. Поэтому я просто ухватилась за ногу мужичка действуя скорее интуитивно, чем намеренно. Снежинка неслась над деревьями, порой задевая верхушки сбивая шапки снега, ее грани сверкали и крутились в разных направлениях, чем-то напоминая тарелку НЛО. Ветер бил в лицо, трепал платок норовя его сорвать с головы, а Морозко как влитой стоял на узорчатой поверхности расставив ноги на ширине плеч.

Немного успокоившись, смогла предаться размышлениям. Куда я попала?! Если Морозко, а он зовет меня Снегурочкой, то скорее всего меня занесло в сказку. Но, глядя на мужичка, зовущего себя Морозко – сказку, измененную. Либо ту ее сторону, которую никто не знает или позабыл.

А затем я задохнулась от вида красоты открывшейся передо мной.