Магическая стажировка. Любовь ювелирной огранки

И в этом беспросветном мраке Вековечный Клён вместе с пространством под кроной выглядел как безопасный островок. Он обнадеживающе светился мистическим неоновым пламенем от основания до кончиков ветвей.

Для Юлианы, Кекса и Пирога — ничего удивительного. Они такое зрелище каждую ночь наблюдают.

Для Эсфири, которая заглянула на позднее чаепитие, — вполне возможно, что шок на всю оставшуюся жизнь. Она напрочь забыла про чай и гипнотизировала дерево, как завороженная.

А что касается Пелагеи, то вопрос: "Почему дерево светится?" перед ней не стоял.

Она задавалась вопросом несколько иного рода: защитит ли ее Клён от мироздания? Или следует искать защиты у кого-нибудь другого?

Нанять, скажем, телохранителя. Кого? Да хотя бы того невежу в парче.

При одной мысли о нём к щекам приливала кровь.

"Пелагея, а не поздновато ли влюбляться? — осадила она себя. — Двести лет в режиме "овощ замороженный, бесчувственный" — это все-таки срок".

***

— Ага, пришла! — активизировалась Юлиана, завидев Пелагею на поляне.

И выбралась из-за стола. — Где ж тебя столько времени носило? Мы с Эсфирью уже успели план набросать. Кстати, знакомься... Ах да, вы ведь знакомы.

Эсфирь отвлеклась от созерцания светящегося дерева, обернулась и сдержанно кивнула.

— Мы, — сообщила она своим густым бархатным голосом, — сходили сегодня к королю. И он одолжил нам денег. Как раз хватит на покупку дома, который я присмотрела. Улица Исполинов, "пятнадцать А".

Важные разговоры с королем она не любила откладывать в долгий ящик, поэтому сразу после детской площадки поспешила с Юлианой во дворец и изложила правителю суть проблемы.

Правитель пребывал в отличном настроении — иначе чем еще объяснить столь неслыханную щедрость?

Впрочем, на следующий день выяснилось, что щедрость была не такой уж неслыханной. Дом "пятнадцать А" на улице Исполинов оказался полуразрушенным, буквально под снос. Сквозняки гуляют, стены обсыпаются, половицы предсмертно трещат, а окна давно пора менять.

Потому-то дом и стоил сущие гроши.

Хозяин был только рад отделаться от этой развалины. Он ускакал, довольно пересчитывая купюры, и Юлиана испустила стон раненого лося.

— Открыть издательство здесь?! Да это издевательство какое-то!

Она обрушила кулак на ветхую деревянную колонну, поддерживающую балкон, и та опасно зашаталась.

— Погоди, не кипятись, — примирительно сказала Эсфирь. — Мы попросим у короля средства на ремонт.

Под затянутым тучами утренним небом надсадно прокаркала ворона.