Защитник. Когда любовь не выбирают

Предвкушающие улыбки и заинтересованные взоры обратились на короля, вставшего со своего места и приготовившегося говорить.

Но вопреки их ожиданиям, Арманд Дарийский сперва представил высоких гостей из Сарии: короля Шаварда де Лаваскаля Четвёртого и принцессу Эльвинию де Лаваскаль.

А после я услышала и своё имя.

Двери, за которыми я стояла, распахнулись. Шумно вздохнув, я чуть приподняла подол своего ужасно неудобного, объёмного платья, и сделала шаг вперёд. Под шуршание многослойных юбок и многочисленные любопытные взгляды, я прошествовала к королю с высокоподанными гостями и поприветствовала их.

- Прошу любить и жаловать, - раздался голос правителя, когда я аккуратно вложила свою ладошку в его протянутую руку. Меня развернули к зрителям и громогласно объявили: - законная наследница престола и моя прекрасная дочь – принцесса Микаэлла Дарийская!

И пока все гости склонялись в почтительных поклонах и реверансах, я мельком глянула в сторону замершего неподалёку Идана, наблюдая за его реакцией на слова правителя.

Но нет, не единый мускул не дрогнул на его лице, выдавая недовольство или другие негативные эмоции. Принц продолжал держать маску хладнокровия и важности. Но поймав мой взгляд вдруг тепло улыбнулся. Всего на мгновение, но мне этого хватило, чтобы заметить. И если бы не тугой корсет, я бы выдохнула от охватившего меня облегчения.

Только расслабилась я рано. Потому как после моего преставления, Арманд Дарийский не стал откладывать в долгий ящик и другую новость. Потому совсем скоро все услышали о помолвке принцессы Эльвинии де Лаваскаль и принца Идана Дарийского.

Сам братец довольным не выглядел, но лица не терял, сдержанно кивая на поздравления. Эльвиния же не могла похвастаться такой выдержкой, и на её милом личике то и дело мелькало раздражение и недовольство, особенно это сильно выражалось, когда она бросала взгляды на своего жениха.

М-да, чувствую, весело у них будет!

Когда же официальные речи закончились, и музыканты принялись играть традиционную для танцев музыку, король что-то шепнул Идану и первым пригласил меня, так сказать, открывать бал.

Мелодию, под которую мы кружили по бальной зале, я знала прекрасно, как и танец. Но всё равно боялась ошибиться или сбиться с такта. Правда, всё прошло, куда лучше, чем я ожидала.

После был танец с Шавардом де Лаваскалем Четвёртым, который оказался обходительным и учтивым партнёром – одним словом, сделав пару комплементов, он промолчал весь оставшийся танец, задумчиво изучая меня.