Дитя Регтауна

Мудрый, но очень наивный Эльф, принял за плату лишь мое обещание на лучшую жизнь.

- Но зачем тебе это нужно было?

- Так, личные счёты.

- Но это жестоко.

- Считаешь?

- Да! Он ведь человек, а ты превратила его в чудовище, - ответила я.

- Пф, он и был не лучше, - был ее ответ.

Я стояла, молча злясь на Монику. Я решила её проучить, мысленно ухватившись за слабую, еле уловимую, тревогу, что я ощутила в ней, и усилила её до такой степени, пока она, испытывающая дикий ужас, не начала умолять о пощаде.

- Клои, прекрати, - попросил Этан. - Не опускайся до её уровня.

Едва я ослабила эмоцию, как Моника начала истерично смеяться.

- О, а знаешь, Клои, что самое интересное в истории Эльма? Конечно, это не его настоящее имя, и оно его безумно злило по-началу, но не важно. Важно вот что: на любое заклятие есть своё условие, которое даёт жертве призрачный шанс на то, что, возможно, однажды чары рассеются. Условием этим было то, что его кто-то должен полюбить.

- Ты его полюбила, - пояснил Этан.

Воспользовавшись нашей болтовней, Джун, она же Дебора, вколола странную фиолетовую жидкость, находящуюся в шприце, сестре в плечо. Та мгновенно упала на землю без сознания.

- Думала, ты на шаг впереди,сестрёнка? На самом деле, ты всегда была позади, - произнесла Дебора, склонившаяся над телом своей сестры.

- Что это было? - Спросила я.

- Зелье забвения, - пояснил Этан.

- Я уже видела его, когда...

При этом упоминании, Этан напрягся.

- Думаю, я должен объясниться.

- Не стоит, - ответила я. - Ты не несешь ответственности за то, что сделал ты из будущего. Этого еще не произошло, так что мы не знаем, какие у тебя были мотивы.

Этан обнял меня.

- Прости, милая, - произнес он.

- Что теперь будем делать с Моникой? - Поинтересовалась я.

- То же, что и с остальными людьми, нарушившими закон.

- Тюрьма и изъятие способностей? - Догадалась я.

- Именно, - ответил Этан.

Изъяв, с помощью подавляющего зелья, способности у Моники, мы отправили её в тюрьму, где она должна будет пробыть некоторое время.

Срок её заключения будет зависить лишь от неё одной, поскольку работать с ней будет первоклассный психолог, имеющий, к тому же, способность ясновидения. Так что, Моника вынуждена просидеть в тюрьме так долго, пока не исправится. Способности она свои, конечно, не получит никогда.