Когти Соловья

Ей не обязательно было идти за Соловьём, но и остаться в одиночестве казалось немыслимым.

Рыцарёнок обнаружился в центре поляны возле кострища. Без доспехов и оружия, со связанными руками, удерживаемый за плечи двумя разбойниками — Кером и Лилом, после сна Тиана знала их имена — пленник не выглядел грозным врагом, скорее — несчастным мальчишкой, на пару лет младше командира разбойников. Действительно, рыцарёнок. На рыцаря никак не тянет.

— Ну, что тут у нас? — после недавнего, разделённого на двоих кошмара настроение Соловья было далеко от благодушного.

Пленник вскинул голову, но взгляд его, метнувшись по лицу разбойника, остановился на принцессе. Глаза расширились — узнал.

— Ваше высочество, — не то прохрипел, не то всхлипнул он.

И вдруг с такой яростью рванулся из державших его рук, что Кер и Лил, не ожидавшие подобной прыти, не смогли его удержать. Он головой боднул Соловья в живот, а когда тот согнулся, попытался связанными руками ухватить за горло.

Тай отпихнул его, Кер и Лил прижали к земле.

Соловей медленно поднялся, отряхнул одежду, процедил зло:

— Ещё один ненормальный на мою голову. Чего взбесился-то?

— Негодяй, подлец, дикарь, насильник, — пленник выплёвывал слова, беспомощно извиваясь в руках разбойников и не сводя с Тианы полного отчаяния взгляда.

А она только сейчас сообразила, как выглядит в глазах молодого вельможи — полуголая, босая и заплаканная. Сколько она плакала за эту ночь — два раза, три? И не помнит толком.

— Насильник, — голос Соловья стал обманчиво мягким, — дикарь, подлец и негодяй.

— За мной, — скомандовал он разбойникам, резко развернулся и направился к опушке. Кер и Лил поволокли пленника следом. Несколько разбуженных шумом подростков потянулись за ними.

Далеко они не ушли, остановились на берегу маленького озерца, куда впадал текший по поляне ручей.

— Подходит, — кивнул сам себе Соловей, хлопнул ладонью по янтарному стволу ближайшей сосны и сказал уже громко, так чтоб слышали все:

— Талласца привязать к этому дереву.

Мальчишки зашумели, но возразить никто не посмел, даже Тай. А, может, просто никто не хотел защищать ненавистного талласца. Старшие парни споро примотали его к сосне, Кер ещё и ударом по рёбрам наградил.