Когти Соловья

Знаешь такого? Дай думаю, зайду проведаю. Если хочешь остаться живым, покажи, где его держат. Не покажешь, прирежу тут как курёнка.

— Я не знаю никакого Альвина Ремзи.

— Его привёз королевский клещ. Теперь вспомнил?

— Господин Тэлис с тебя шкуру сдерёт!

— Может, и сдерёт, но ты этого уже не увидишь, — Соловей отнял нож от горла и кольнул стража под лопатку, — веди. И учти, встретим твоих друзей — убью на месте.

Альвин существовал во тьме с тех самых пор, как не смог защитить принцессу. Свет погас для него в прямом смысле — сначала его держали в тёмном трюме, потом заперли в клетушке под землёй.

Он не понимал, почему ещё жив и даже относительно здоров. Его не били, не пытали, ни о чём не спрашивали, нормально кормили и обрабатывали раны, при этом обращая на него внимания не больше, чем плотник — на сломанную табуретку. Он не знал — день сейчас или ночь, не знал, что будет с ним, и что сейчас с Тианой.

Когда светильник в коридоре моргнул и погас, а кто-то стал копаться в замке, торопливо отполз в угол, хоть и понимал всю глупость инстинкта.

И чуть не заорал, когда дверь открылась, на пол с грохотом упало чьё-то тело, а знакомый голос позвал:

— Альвин, это ты? Вылезай, пойдём отсюда.

Камера, к которой привёл пленный стражник, ничем не отличалась от соседних. Соловей заглянул в зарешёченное окошко, скорее почувствовал, чем увидал в темноте движение человека. Чтобы взломать замок, пришлось отнять нож от спины стража, но едва тот дернулся прочь, решив, что разбойник достаточно отвлёкся, замок щёлкнул и поддался, Соловей вскочил, приложил неудачливого беглеца головой об дверь, дверь открылась, и бессознательный стражник ввалился в камеру.

Он не обманул, Альвин был здесь. Поднялся, замотанный в бинты как приведение, без слов перешагнул через тело стража, вышел в коридор. Соловей наклонился, пощупал пульс на шее своей жертвы — живой. Добить беспомощного не позволила совесть, и ведь парень не обманул, привёл к Альвину. Ладно… Соловей оторвал воротник от его рубахи, запихал в рот, чтоб не орал, как очнётся, вышел и закрыл за собой дверь.

Замок он только что сломал, так что просто задвинул засов, всё равно изнутри дверь не открыть.

— Соловей, — впервые подал голос Альвин, — что с принцессой?

— Мы сейчас пойдём к ней, сам и спросишь. Идти-то можешь?

— Могу.

Двигаться рыцарёнку было больно, он тяжело подволакивал ногу и кренился на бок, правая рука висела плетью. Если придётся драться, помощи от него не будет.