"Начало"

Немного поломав голову, Фёдор открыл путь, и мы отправились дальше, куда карта указывала нам путь.

Спрыгнув с шахты, я упал на пол и больше не хотел двигаться. Сил практически не было, кроме того голод давал о себе знать. Где я? Сколько я ещё тут буду? Когда начнётся нормальная жизнь? Может это всё сон? Одни лишь вопросы и больше ничего.

— Надо двигаться дальше, мы практически на месте.

— Мы находимся под землёй, чёрт знает где. С трудом выжили, после разрушения всего комплекса, и практически год, я жил не своей жизнью, и ты говоришь, что мы практически рядом?

— Эй.

.. Расслабься, мы уже...

— Что? На месте? Да я сколько раз это слышал, и каждый раз это заканчивалось какой-то трагедией. Хватит. ХВАТИТ, — после сказанных слов, Фёдор замолчал, пытаясь придумать, что мне сказать.

— Извини... Всё так навалилось на меня, не знаю и что делать. Надо двигаться дальше.

— Стой, — на правое плечо медленно легла его рука. — Скоро всё это закончится, останется лишь выбраться отсюда. Больше ничего не случится, больше не должно.

Как я понимал, понемногу мы поднимались всё выше и выше. Рано или поздно должны были выйти на поверхность.

— Сюда, мы практически выбрались отсюда.

— Наконец-таки, — с детской радостью произнёс я.

— Чёрт, люк не открывается.

— Может нужно по нему постучать или типа того. Как фильмах.

— Если бы, — после Фёдор выдохнул и ударил от безысходности, — с противоположной стороны что-то раздалось, ручка от люка начала крутиться против часовой стрелки.

— Я же говорил! — Фёдор же помрачнел, и жестом показал, что лучше помолчать.

На мгновенье яркий свет ослепил нас, потом же послышался голос Петра, который ругался от счастья.

— Мы думали, вы пропали, не зря схему сохранил, пригодилась, — сказал Пётр, протягивая руку Фёдору, затем мне.

— Повезло.

— Как и всегда, — мрачно произнёс я.

Как же здорово снова чувствовать воздух, чувствовать ветер, природу. Как же я скучал. К сожалению, моя радость была не долгой. Раскрыв рот, я не мог поверить своим глазам.

Маленькие искры наподобие мотыльков поднимались верх, где с каждым разом их становилось всё больше и больше. Но то, что я увидел, была не как не поляна, а земля, которая была практически выжжена. В не которых местах виднелись обломки, отголоски той жизни, которая бурлила в них. Одни лишь обломки, одни лишь огни, ничего живого. Только огонь и пустота.

Глава десятая: Жизнь после

То, что осталось от города, напоминало одни лишь руины.