Элитэ моего сердца

— Ты зачем вернула к жизни повелителя демонов? Ты должна уничтожить будущего правителя драконов! Что ты о себе возомнила? Ты лишь пешка в моих руках! Ты здесь только лишь по тому, что я так захотел! Ты никто, ты мусор, валяющийся у меня под ногами! Ты человеческая девка, которая должна повиноваться моей воле! Запомни, ты должна делать лишь то, что я тебе прикажу, никакой самодеятельности, — воздуха резко перестало хватать, в голове помутнело, перед глазами всё поплыло, а руки невидимого мной человека продолжали сжимать моё горло всё сильнее и сильнее.

Сказав это, он отпустил меня. А я смогла сделать первый болезненный вдох… и проснуться.

Я хрипела не в силах вернуть себе спокойное, ровное дыхание, постоянно задыхаясь.

— Даша ты чего? — Марика в мгновение ока оказалась возле моей постели, и принялась гладить меня рукой по спине.

Сард жалобно заскулил.

— Всё…х-хорошо, — я еле-еле смогла выдавить из себя хоть какие-то слова.

Марика включила свет в комнате и вскрикнула.

— Что это? — указала она пальцем на мою шею.

— Что там? — подойдя к зеркалу, я так и застыла. На моей шее красовались следы человеческих пальцев.

— Откуда это? — подруга подошла ко мне и аккуратно, чтобы не причинить боли коснулась рукой ярко-красной кожи на моей шее. Я вскрикнула от боли. — Прости, я не хотела. Что с тобой стряслось?

— Не знаю, мне приснился какой-то странный сон. Всё было так, словно это происходило наяву, я чувствовала его дыхание, его злобу.

— Ну, ну успокойся, теперь всё будет хорошо, я с тобой. Всё, всё успокойся, он тебе больше не причинит вреда,— гладя меня по голове, Марика шептала успокаивающие слова. Я и не заметила, как оказалась сидящей на полу в тёплых объятиях подруги.

— Как?

— Есть тут у меня одно хорошее заживляющее средство. Сейчас принесу.

Встав с пола, подруга направилась к своей сумке. Порывшись в ней немного, она выудила небольшой пузырёк с розоватой жидкостью.

— Оно правда вонючее, сильно вонючее, но зато эффект от него просто превосходный.

Открыв пробку, Марика вылила на свою руку розоватую жижу и принялась втирать её мне в кожу.