Набросок хорошего монстра. Перезагрузка

Она помнила голос, место, но не помнила c кем говорила и о чём, будто сама память запрещала вспоминать, словно сам разум твердил ей о том, что этого лучше не знать, этот человек был опасен для неё.

Её бросало в дрожь от каждого отрывистого воспоминания того сна. Она точно знала, что это всё не просто так. И от этого становилось ещё хуже. Кошки скреблись на её душе, но ничего поделать девушка не могла.

— Слышали, девочки, ходят слухи, будто парень из первого «Д» хотел покончить жизнь самоубийством, — разносилось по всей школе.

— Это вроде тот парень, которого все ненавидят. Эрриот, вроде.

— Я всегда говорила, что он сумасшедший, — голоса людей изменяли его имя, смеялись над этим, они были готовы съесть его заживо, вместе с одеждой. Они полны ненависти, злости и мерзости, что выступают в каждом их слове. Сплетни обвивали его имя путами, ласкали уши всех девчонок в этой прогнившей от злости школы. Все здравомысленные факты перебивались выдуманными, и от этого никто не верил в адекватность этого парня ещё сильнее, чем до этого дня.

— Привет, Виолла! — выдернула Виоллу из состояния транса беловолосая девушка, что сидела на парте немного покачивая ногами. — Как у тебя дела?

— Да нормально, — откровенное враньё.

***

— О господи, ты как ребёнок.

— А что в этом такого? Ты лучше о себе побеспокойся, твоё прогнившее тельце валяется на белом столе. Там решается твоя судьба. Ты можешь поведать все свои обиды, разочарования, а также грехи. Покайся мне, — сладкий голосок раздавался по всему пространству вокруг Эрриота, он окутывал его и пытался проникнуть в каждую клеточку тела.

— Мне действительно было очень сложно жить, я ненавидел людей, считал их грязными или порочными. Да, звучит так, будто это хвастовство. Но однажды ко мне на обрыв пришёл парень…

Он стоял на самом краю, пытаясь сделать всего один шаг. Его глаза были словно загипнотизированы высотой, а в уши вливалась тишина этого места. В тот день было довольно ветренно и именно поэтому галстук и кардиган, что были на нём надеты, плавно развивались на ветру.

— Привет, — сказал я ему, но он даже не испугался, продолжая стоять на самом краю, словно ожидая, когда приду. Так оно и оказалось.

— Привет. Я был наслышан об этом месте и о тебе. Вот, решил дождаться тебя и рассказать свою историю перед прыжком, — говорил он мне спокойным, но в тоже время полным горечи голосом, что отражался эхом в моей голове. В этот раз я почувствовал лёгкую радость от его слов.