В лесу нельзя хромать. Кромешная тьма

- О нет, - только и успела выдохнуть жрица.

Перед глазами девочки пронесся снежный вихрь, а в следующую секунду – клыки разгневанного духа. Страшная сила отшвырнула её к дереву. Ударившись спиной о ствол, девочка упала в снег. Она с ужасом осознала, что не может вдохнуть.

Свист ветра и гневное заклинание учителя смешались с воплем духа. Щелчок пальцев Первородной разорвал ледяную лапу духа на части. Крик, похожий на скрежет ледников, оглушил девочку, и она, зажмурившись, не увидела, как на поляне появились Древние.

- Непокорное создание! Ты пожалеешь о своей дерзости, - гремел голос жрицы. – Уничтожьте его!

Древние бросились на ощетинившегося духа, но его игольчатая броня была ничто по сравнению с клыками взбешённых волков. Его тело трескалось под клыками Древних, деревья дрожали от его стонов и писка, но волки рвали его с возрастающей ненавистью.

- Стойте! – крикнула Аэра, вскочив на ноги.

Вырвав ледяного духа - то, что от него осталось, - из лап Древних, девочка прижала его к себе.

Уперевшись спиной в дерево, она отвечала на недоуменные взгляды Древних мольбой:

- Пожалуйста, не надо, - еле выговаривала она сквозь сбивчивое дыхание, – достаточно. Его боль превосходит мою.

- Аэра! – строго выкрикнула жрица, выходя вперед. – Никто не смеет тронуть дочерей Луны! Будешь отвечать на их атаки жалостью – они разорвут тебя!

Аэра замотала головой. Хриплое дыхание, напоминающее о пережитой боли, слабо вырывалось из груди, к которой был прижат оживший комочек льда.

Дух в первые секунды вырывался – прикосновения Аэры были для него слишком горячими, но теперь, когда её одежда и руки замерзли, притих и стал настороженно следить за волками и жрицей.

- Его вырвали из тени, - выдохнула ученица, придерживая духа окоченевшими пальцами, - из безопасного, спокойного места. Он защищался. Это не дерзость, а обычный порыв любого живого существа.

- Дитя мое, духи – это лишь скопления лунной магии, они не живые и не способны чувствовать.

Она не заметила, как посмотрел на неё ледяной комочек.

Удивление, неверие и вызов – все смещалось в искрящихся глазах.

- Не может чувствовать? Вы не слышали, как он кричал? Учитель, хватит, я в порядке. Да, он сделал мне больно, но я понимаю, почему. Давайте просто пойдем домой.

Женщина не знала, что сказать. Позади неё переглядывались Древние, безмолвно спрашивая друг друга о происходящем. Шерсть у них давно улеглась, и только мечущиеся уши выдавали их волнение.