Академия Магических Талантов

Вот и верь после этого тому, что видишь по телевизору. Когда неловко выпрямилась, окончательно смутившись, до меня дошло, что пара — не просто какие-то эльфы, а родители Эрика. Ругательства, отчаянно рвавшиеся с языка, я сдержала.

— Догадливая, — неожиданно усмехнулся эльф, то ли комментируя мою попытку поклониться правящей чете, то ли читая мои эмоции.

— Не пугай девочку, спасшую нашего сына, — мягко улыбнулась красавица-эльфийка.

Но почему-то мне стало совсем не по себе. Я знала, что за всей этой хрупкостью, красотой и изяществом пряталась та, что смогла поймать дроу.

И обмануть ей меня своей беззащитностью точно не удастся.

Я вопросительно на них посмотрела.

— Мы хотели бы тебя отблагодарить за помощь, Пенелопа. Скажи нам, тебе что-то нужно? Мы дадим все, что в наших силах, — величаво произнес Лилирей.

Я ошарашенно уставилась на эльфов.

— Ну же, не бойся, — ласково сказала Анабель.

Директор до сих пор молчал, не принимая участия в разговоре.

— Спасибо, но у меня все есть, — спокойно сказала я.

Владыки удивленно переглянулись.

— Ты спасла нашего сына. Мы не можем тебя не отблагодарить, — взволнованно сказала Анабель, поднимаясь. — Может быть тебе нужны деньги? Или драгоценные камни? Или оружие? Или дом?

Они что, издеваются надо мной? Неужели всерьез думают, будто я спасала Эрика ради горсти монет? Или что бросила бы его там одного умирать? Интересно, а директор Ранас им рассказал, что я только вчера узнала о том, что Эрик — младший ненаследный эльфийский принц? Да и какое это имеет для меня значение?

— Может быть, мы могли бы исполнить твое заветное желание? — медовым голосом спросил Лилирей.

— У нас много достойных мужчин, каждый из которых почтет за честь стать твоим спутником жизни.

Офигеть! Твою ж прабабушку!

— Элорис драхт! — слетело у меня с языка, отчего лица у обоих эльфов вытянулись и пошли пятнами, а директор Ранас закашлялся. Даже стало интересно, что означает это ругательство, услышанное от принца. — Вы с ума сошли? Я не спасала вашего сына в обмен на что-то! Или потому что он — принц, — сорвалась я, разом наплевав на желание вести себя с родителями светлого эльфа учтиво и вежливо.

— Как вы это представляете? Давай я тебя спасу, а твои родители дадут за это денег или подберут хорошего жениха? Да что за мир такой! Ощущение создается, что здесь понятия не имеют о чести, доброте, помощи и милосердии. Эрик — мой друг!

Здесь, надо признаться, гнев закончился. И я осознала, кому это сказала.