До нескорого, она же

Ведь они со мной, и я ими дорожу, пусть и не признаюсь в этом. Тетя не позволила бы себе…

Впрочем, что я о ней знаю?

Лишь то, что ее называют Янтарной и что когда-то она была сестрой моей матери.

И что она владеет черной магией, а ведьмы должны быть злыми и безжалостными, не то что я.

Так с чего ей вдруг беречь меня, зачем жалеть? Только я сама могу себе помочь. Себе — и Вике, и Яру. И отцу, который меня ищет. И Владу, всеми силами пытающемуся помочь нам.

Не время сидеть и горевать о своей судьбе.

Если мне и положено страдать чуть больше, чем другим — что ж, я принимаю это. Но не позволю окружающим страдать из-за меня. Я эгоистична не настолько, чтобы закрывать глаза на чужие проблема.

И я все смогу.

Даже несмотря на холод.

Я поднялась и прислонилась к перилам.

Холодно.

Поднялась на несколько ступеней вперед.

Холодно.

Преодолела три лестничных пролета.

Становилось теплее.

И тогда я решила: это знак, что я все делаю правильно, что иду в верном направлении.

Я вдруг решила вернуться к тому месту, где все началось.

На самом деле, начал, ведущих к любопытным последствиям, в моей жизни было множество, но самое ближайшее из них случилось на предпоследнем сверху этаже, у окна, за которым стоят оранжево-розовые деревья и бежит кристальный ручей.

Окна, в которое я смотрела, едва оказавшись здесь.

Я шла к этому месту, не особо надеясь, что приду, потому что вдруг забыла к нему дорогу.

Либо отступила зима, либо… либо рядом находилась живая душа, и именно ее волнения я уловила.

С трепещущим сердцем я завернула за угол и остановилась.

Возле того самого окна стояла женщина в черном платье в пол, скрытая за пышными волнистыми волосами. Руки она сложила перед собой, и я не могла их видеть. Передо мной предстало только черное полотно, укрытое каштановым облаком.

Я замерла.

В полной тишине мы простояли, пожалуй, не меньше нескольких минут, и только тогда женщина у окна произнесла:

— А знаешь, Яна… Осень — это мое любимое время года. Посмотри на эту красоту, — она чуть кивнула, и ветер будто всколыхал волны ее волос. — Это слишком красиво, чтобы существовать в реальности.

Это был тот самый голос, что обращался ко мне сегодняшним утром.