До нескорого, она же

И села обратно. В кухне царила тишина, и я не решалась ее нарушить. Но если бы это была та тишина, что приносит счастье… Нет. Мы молчали не потому, что были счастливы. Мы молчали потому, что боялись неизвестности.

Они боялись.

Я не боюсь ничего.

Когда я предложила всем поиграть у карты, Вика лишь хмуро на меня посмотрела. Настроения у них, понимаете ли, не было. Играть в «Правду или действие» они, такие апатичные, тоже отказались. Зато, как только село солнце, отправились спать.

Спать, Всевышняя!..

И ладно Ярослав; но Вика легла в кровать первой.

Я думала, что ни в жизнь не усну. Буду ворочаться из стороны в сторону и впечатаю в стену Вику, которая все так же лежит рядом. Но нет — едва голова коснулась подушки, как я провалилась в царство снов.

Помню лишь взгляд Ярослава, которым он наградил меня за секунду до засыпания.

Губы помню, шепчущие: «Прости».

Помню, как хотела рассмеяться, точно ненормальная, но сил на это мне не хватило.

***

«Яна… Яна… Ведьма!»

Меня звали.

Голос прорывался сквозь сон, прокрадываясь в мои грезы, и этот голос, в отличие от тех голосов, что звучали на протяжении последних полутора суток, я не знала.

Голос был женский.

Мягкий, как шаги кошки, но уверенный и устойчивый, как металл. Красивый голос. Из тех голосов, которыми ведьмы шепчут проклятия — нежно, но непреклонно. Из тех, что звучат при зажженных свечах, над рунами, когда душа свободно проникает за границы разумного.

«Яна… — повторил голос. — Я знаю, ты слышишь меня».

Я молчала.

Не потому, что хотела молчать, но потому, что не могла говорить. Не я управляла своим сном — он мной. Или некто свыше, имеющий такую огромную власть.

Такой властью здесь обладал только ещё один человек.

Одна ведьма.

Моя тетя. Я уже поверила, что это моя тетя.

«Слышишь… Слушай. Я не буду представляться — кто я такая, тебе известно. — Она пару мгновений помолчала. — Я наблюдаю за тобой, Яна, все то время, что ты гостишь у меня. Мне так жаль, так жаль, что мы не оказались здесь с тобой один на один!.

. Ты заметила, точно заметила, что они не ценят покой. Им не понять того, что близко нам — им не вкусить прелести одиночества. Я огорчена, что ты взяла белого мага с собой. И я недовольна, что другая ведьма, чужая, увязалась за нами — хотя она хорошо сработала, когда ставила портал по моему приказу. Однако, Яна…»

Я, кажется, начала просыпаться, но из-за всех сил смыкала веки, чтобы ничего не упустить.

«Однако, Яна, — продолжила тетя.