Принять свою судьбу

Последняя фраза прозвучала несколько двусмысленно, однако, его величество, казалось, не заметил этого, или — не пожелал заметить.

— Надеюсь на это, — проговорил Тайрон, и по смягчившемуся выражению его лица королева поняла, что она и Эльстед — прощены.

Глава 14. Свидание в сумерках

Королева очень тихо вошла в комнату Эльстеда, где царил лёгкий полумрак, и, приблизившись к огромной кровати, бывшей местом его вынужденного пребывания, осторожно опустилась у изголовья.

Их глаза встретились.

Гемму до глубины души поразила перемена, произошедшая в этом мальчике, ещё несколько дней назад таком живом и полном сил — его лицо было теперь совершенно чужим, бледным, осунувшимся, усталым; взгляд стал очень взрослым, потухшим и в нём сквозила горечь.

Она тщетно старалась отыскать в облике Эльстеда ту невозможную загадку, спасительное волшебство, божественную силу, о которой высокопарным слогом повествовали старинные легенды, и — не находила ничего, даже намёка...

Королева поймала себя на мысли, что человека, лежащего перед ней она совсем не знает и видит в первый раз.

Пытаясь отогнать это странное и неприятное впечатление, она взяла его руки в свои. Они были холодными и безжизненными.

— Я тебя ждал... — сказал Эльстед, и королева не узнала его голос.

Они посмотрели друг на друга очень внимательно, но как будто какая-то неодолимая преграда стала между ними.

В конце концов, королева, поддавшись порыву чувств, обняла юношу, очень ласково поцеловала, и тут же непроизвольно отпрянула, ощутив на губах Эльстеда легкий пугающий привкус крови.

Всё-таки, он улыбнулся ей, так же доверчиво как раньше, освобождено вздохнул и закрыл глаза...

— Я тебя люблю, — шепнула королева.

— Я — тоже...

Гемма погладила его по щеке:

— Если бы ты знал, как я боялась за тебя...

...Сумерки за окном сгущались, на какое-то время в комнате стало довольно темно, но вот перед дворцом зажглись фонари, и королева вновь смогла отчётливо видеть лицо Эльстеда. Он взял её руку, поднёс к губам и поцеловал:

— Ты моя дорогая.

Королева с грустью заметила, что это движение было не совсем свободным.

— Болит? — она осторожно дотронулась до его перевязанной груди.

— Ну... я же всё-таки мужчина!

— Ты умница! — Гемма снова поцеловала его.

— Почему ты так долго не приходила ко мне? — спросил Эльстед.

— Мне запрещал король.

— А...

— Сегодня он поручил тебя моему попечению — какие-то срочные государственные дела.