Книжные Черви

Но на этом всё не заканчивается. Человек, попавший в реальность, которая воспринимает его как героя книги, начинает на эту реальности влиять.

– Например, как? – Мэл взглянула на неё вопросительно.

– По-разному. Но заметнее всего – если умрёт. Это очень сильно отразиться на судьбе его произведения в этом мире. Произведения, чьи персонажи перенеслись в реальность своего создателя и тут погибли, начинают… как бы это поточнее выразиться?..

– Стремительно терять читательские симпатии, – подсказал Остап.

– Ну, да, – кивнула Марго.

 – Книга разом перестаёт нравиться множеству людей, постепенно приходит в забвение и вообще может исчезнуть так, будто её никогда и не было. А поскольку в искусстве всё так или иначе взаимосвязано, то это не может не касаться и других произведений, на возникновение которых те, первые, повлияли…

– О, было бы неплохо! – развеселилась Мэл. – Есть много произведений, о которых я бы не стала грустить, если б они исчезли. Даже наоборот, порадовалась бы. «Война и мир», например.

Тёркин помрачнел ещё больше.

– Не говори так! Именно потому, что с некоторыми из героев этой книги произошли очень плохие вещи, к ней сейчас настолько негативное отношение. – Сам Василий не знал лично никого из погибших героев, но для него стирание каждого из их было личной трагедией.

– Подумай: может случиться так, что книга, которую человек прочтёт, повлияет на всю его жизнь. И вот, этой книги не станет, словно и не существовало никогда. По ней не снимут фильмы. Актёры, прославившиеся ролью книжного персонажа, не станут известными, композиторы не напишут опер, и многое другое не произойдёт, – пытался объяснить Остап.

 – Это практически как уничтожить целый вид животного и повредить всю природу!

– Неужели в твоей жизни не было произведения искусства, которое бы повлияло на тебя? – пристально глядя на девочку, спросила Маргарита.

– Явно, это не книги. Уж точно не русская классика, – поморщилась Мэл.

Троица переглянулась с явным разочарованием, однако девочка, погружённая в свои мысли, не обратила на это внимания.

Глаза её вдруг загорелись:

– Слушайте, так это мы кого угодно призвать можем? Главное иметь при себе жемчужину и ездить по правильным местам?

– Ну… теоретически, – осторожно ответил Тёркин.

– Я придумала! Так, давайте с жемчужиной съездим в Англию, призовём там какого-нибудь крутого волшебника, например… – затараторила девочка, однако её почти сразу же прервали:

– Исключено, – почти хором ответили Марго и Бендер.