Книжные Черви

Топор с грохотом упал на пол из его разжавшихся пальцев. Девушка провела ладонью по щеке парня. Медленно опустила голову ему на плечо, уткнулась в шею и с наслаждением вдохнула запах его кожи. Родион прикрыл глаза. Тонкие пальцы провели по его губам, парень почти невесомо поцеловал их. Девушка прикусила мочку его уха. Нежно прижала парня к стене, обвивая обнаженной ножкой его тело. Впилась в губы ледяными губами.

***

Евгений открыл дверь вагона и спрыгнул на гравий. Вокруг было темно, высокие чёрные ели скрывали горизонт.

Он, спотыкаясь, побежал вдоль поезда, осматриваясь по сторонам, как вдруг перед ним возникло странное существо: мохнатое, с огромными когтями и крыльями и с двумя хвостами – так в книжках обычно изображают чертей.

– Вот чёрт! – выругался доктор и тут же восторженно засмеялся: – И впрямь знатная чертила!

Существо бросилось на Евгения.

***

Бестелесный дух продолжал метаться возле Павла. Тем временем Саша смог открыть дверь туалета и нашёл там забившуюся в угол перепуганную девочку лет восьми, держащую в руках свёрток.

– Это ведь не по-настоящему?! – спросила девочка у Саши.

Тем временем дверь вагона отворилась, и навстречу Павлу пошли дети, держащиеся за руки. Они не обращали внимания ни на кого. Босые ноги их пачкались в крови, возможно, собственных родителей. Одна девочка, шедшая в конце колонны, поскользнулась и упала. Перепачкавшись в крови, вытерла ладошкой лицо так, будто стирала шоколад. Остальные дети смеялись, но ничего не говорили. Глаза у них были пустые, будто стеклянные.

Павел впал в ступор, не понимая, что ему делать. Страх парализовал его. Дети шли в головной вагон.

– Остановитесь! – приказал им Саша, но слова растворились в воздухе, не вызвав никакого эффекта. Собака подскочила к одной девочке и слегка прикусила её за ногу, но боль тоже не отрезвила ребёнка. Дети, как послушные крысы под дудочку крысолова, шли вперёд.

– Нужно другое средство! – в отчаянии крикнул Саша.

Поезд тряхнуло ещё раз.

***

Киевская пионервожатая не теряла времени даром.

Родион медленно сползал по стенке, словно каждое прикосновение к девушке забирало его силы, но не мог остановиться. Девушка целовала его. Жарко. Пылко. Властно. Требовательно. Сознание юноши затуманивалось.

Девушка принялась бесцеремонно срывать с него рубашку. Прикосновения её рук превращались из невесомых и ласковых в жадные и хищные, словно она хотела содрать с него кожу. Наконец её ногти вонзились в его тело, и Родион охнул от боли.