Ледяной Феникс

Пойдем скорее отсюда, кажется, все стихло.

- Эй, вы! – Послышалось со стороны. – Вы, что тут делаете, бездельники? Лобызаться надо в другом месте! Быстро за мной, идиоты, пока вас король не заметил! – Сказал черный парень в другом конце коридора и тихо добавил. – Почему я вечно должен за всеми бегать?!

Парочка пошла следом за парнем, тот спустился в коридорчик для слуг и завел их на кухню. Там кипела работа, однако и находились страдающие от безделья стихийники.

- О, еще одни! – Произнес пьяный стихийник, лежащий на одном из пустых столов.

- Вот почему именно сейчас эти начальники прилетели?! Могли чуть позже. Вот сиди теперь здесь и скучай. Аж противно. – Заныла девушка, сидящая рядом на полу.

Дем осмотрелся и решил незамедлительно подержать беседу. Пьяные забулдыги и простой народ всегда осведомлены об обстановке лучше, чем самый профессиональный и подготовленный шпион.

- И не говори! Сиди и не высовывайся! Бесит! - Он плюхнулся на скамейку рядом со столом, на котором покоилось пьяное тело, и задумчиво уставился на бутылку.

Адель сразу смекнула обстановку и быстро вжилась в роль, желая не выдать себя и побольше узнать о судьбе друга.

- Нет, душегуб ты мой, выпила по дороге. Нельзя же добру пропадать. – Сказала она сладковатым голоском, присела рядом и положила локоть на его плечо.

Дему стоило огромных усилий удержать лицо и не рассмеяться здесь и сейчас. Но у него возникла идея получше. Коварная мысль воспользоваться ситуацией пересилило его. Его жилистая рука скользнула по столу и аккуратно обхватила талию девушки.

- Жаль. – Якобы с сожалением сказал он и прижал Адель к себе.

У девушки загорелись глаза темным огнем.

- Руки убрал! Я говорила не при стихийниках. – Прорычала она. – Ручки уберешь, личико сохранишь.

За столом послышались одобрительные возгласы.

- Слушай, огонек, ик, дай свою змейку мне на ночь. А? Ик – Пьяненько произнес стихийник.

Дем, не ожидавший такой отдачи, на секунду опешил, но быстро пришел в себя и довольно прорычал, перемещая руку на ее плечи:

- Мое! – В его глазах заплясали даже не огоньки, а пожарища. Взгляд, словно излучал тепло, физически. Он ощутил в ней ту искру, которая пылала лишь в истинных детях огня.